Моя миссия в России. Мемуары

Год издания: 2017,2006

Кол-во страниц: 432

Переплёт: твердый

ISBN: 5-8159-1451-3,5-8159-0633-6

Серия : Биографии и мемуары

Жанр: Воспоминания

Готовится к печати

Последний английский посол при царском дворе сэр Джордж Бьюкенен (1854—1924) провел в России семь с лишним лет с 1910-го по 1918 год и одно время даже считался вдохновителем и организатором Февральской революции, «совершенной на деньги английских буржуа». Его мемуарная книга была незамедлительно переведена в Советской России, умело сокращена, отредактирована и неоднократно переиздавалась. Теперь у российских читателей есть возможность ознакомиться с полным переводом этих классических воспоминаний.

 

 

 

MY MISSION TO RUSSIA
by Sir George Buchanan
Vol. 1&2
1923
Перевод с английского И.Гюббенет

Содержание Развернуть Свернуть


Содержание

Предисловие 5

Глава I. 1876—1880 10
Вена — Рим — Мое путешествие по Америке — Мои впечатления в Соединенных Штатах — По дороге в Токио
Глава II. 1880—1888 20
Токио — Снова Вена — Русско-австрийское соперничество на Балканах — Положение Болгарии — Отречение князя Александра и избрание князя Фердинанда
Глава III. 1888—1900 29
Берн — Дармштадт и Карлсруэ — Мои личные отношения с королевой Викторией
Глава IV. 1898—1903 38
Представитель в Венесуэльском Арбитражном суде — Советник в Риме и Берлине — Англо-германские отношения — Дипломатический представитель и генеральный консул в Софии
Глава V. 1887—1904 47
Обзор царствования князя Фердинанда с 1887-го по 1904 год — Его женитьба — Период личного правления — Переход в православие княжича Бориса — Болгария и македон¬ские повстанцы
Глава VI. 1904—1908 55
Прием у князя Фердинанда — Отношения Болгарии с Грецией, Сербией и Румынией — Визит князя Фердинанда в Лондон — Германское, австрийское и русское влияние — Улучшение отношений с Россией
Глава VII. 1908—1910 66
Болгария и младотурецкое движение — Признание державами князя Фердинанда царем — Моя миссия в Нидерландах — Мое назначение послом в Петербург
Глава VIII. 1911 77
Отношения России с Австрией и Германией — Первый разговор с императором Николаем II — Потсдамское соглашение и его происхождение — Претензии России на расширение ее территориальных вод — Дело Поваже
Глава IX. 1912—1914 89
Визит британской делегации в Петербург — Улучшение англо-русских отношений — Персидский вопрос — Поведение русских консулов в Персии — Разговор с императором по этому поводу — Транс-Персидская железная дорога
Глава Х. 1912—1913 98
Австрийско-русские отношения — Растущие волнения на Балканах — Сербско-болгарский договор в феврале 1912 го¬да — Образование Балканской Конфедерации — Балканский кризис — Встреча в Балморале — Первая Балканская война — Позиция России по отношению к Балканским государствам — Сербский порт на Адриатическом море — Опасность русско-австрийского конфликта — Миссия князя Готфрида Гогенлоэ в Санкт-Петербурге — Ослабление напряженности — Албания — Конференция по вопросу о болгаро-румынской границе
Глава XI. 1913—1914 111
Обзор русской политики во время Первой Балканской войны — Недостаток солидарности в Тройственном согласии по сравнению с Тройственным союзом — Сазонов за англо-русский союз — Мне предложен пост посла в Вене — Вторая Балканская война — Бухарестский договор — Назначение генерала Лимана фон-Сандерса командиром первого армейского корпуса в Константинополе
Глава XII. 1910—1914 122
Внутреннее положение России — Политические беспорядки в университетах — Столыпин — Коковцев и Горемыкин — Осложнение ситуации
Глава XIII. 1896—1914 133
Мои отношения с императором и императорской семьей — Императрица Александра — Первая аудиенция у императора в 1896 году — Его личное обаяние — Императрица Мария — Великая княгиня Мария Павловна — Великая княгиня Виктория и великая княгиня Ксения — Великий князь Николай Михайлович
Глава XIV. 1914 142
Недовольство Германии позицией Антанты — Желание России и Великобритании поддержать хорошие отношения с Германией — Предъявление австрийского ультиматума в Белграде
Глава XV. 1914 150
Разговоры во французском посольстве — Сазонов настаивает на том, что можно избежать войны объявлением о нашей полной солидарности с Францией и Россией — Король Георг V принимает на себя роль посредника — Примирительная политика России — Ход переговоров — Австрия объявляет войну — Русская мобилизация — Германия угрожает России — Ультиматум и объявление войны
Глава XVI. 1914 164
Опровержение некоторых суждений относительно моих взглядов на наше участие в войне — Царский манифест по поводу объявления войны — Народ объединяется вокруг трона — Патриотические манифестации в Москве — Наступление в Восточной Пруссии — Битва при Танненберге — Польская кампания — Недостаток боеприпасов и винтовок в России — Мирная кампания графа Витте
Глава XVII. 1914—1915 175
Вступление в войну Турции — Закрытие проливов — Россия просит санкции на занятие Константинополя — Моя аудиенция у императора по этому поводу — Переговоры с Болгарией — Сербию просят пойти на уступки в Македонии — Союзники и Сербия — Политическое соглашение с Румынией
Глава XVIII. 1915 185
Русские в Карпатах — Немецкие контрмеры — Маккензен принимает командование — Сдача Варшавы и других крепостей — Император принимает на себя верховное командование — Влияние Распутина, его жизнь и характер — Смещение реакционных министров — Дума — Земский Союз требует создания правительства, пользующегося доверием нации — Мирные предложения — Я представлен к Большому Кресту ордена Бани
Глава XIX. 1916 198
Улучшение положения на фронте — Успех Брусиловского прорыва — Запоздалое выступление Румынии — Назначение Штюрмера председателем Совета министров — Я получаю почетное гражданство Москвы
Глава XX. 1916 208
Польский вопрос — Отставка Сазонова — Назначение Штюрмера министром иностранных дел — Штюрмер и германофилы — Я говорю с императором о внутреннем положении
Глава XXI. 1916 219
Антибританская кампания немцев — Трепов и Покровский назначаются председателем Совета министров и министром иностранных дел — Политика императрицы и ее причины — Убийство Распутина — Смена правительства в Англии
Глава XXII. 1917 230
Отставка Трепова — Князь Голицын как председатель совета министров — Моя последняя аудиенция у императора — Союзная конференция и ее последствия
Глава XXIII. 1917 241
Моя телеграмма с обзором положения в России для предполагаемой конференции держав — Начало революции — Телеграмма Родзянко императору — Позиция правительства и Думы — Император решает назначить военного диктатора и приехать в Петроград — Назначение Думой Исполнительного комитета — Образование Петроградского Совета — Предложение императора пойти на уступки приходит слишком поздно — Поездка делегатов в Псков с требованием отречения — Образование Временного правительства — Великий князь Михаил отказывается от престола — Приказ ? 1
Глава XXIV. 1917 255
Арест императора и императрицы — Роковое влияние императрицы — Характер и воспитание императора — Обзор его царствования — Его фатализм и вера в Провидение
Глава XXV. 1917 269
Признание нами Временного правительства — Меня обвиняют в поощрении революции
Глава XXVI. 1917 283
Порядок в Петрограде восстановлен — Дисциплина в армии подорвана — Временное правительство — Борьба правительства с Советом — Взгляды Керенского — Появление на сцене Ленина
Глава XXVII. 1917 295
Борьба Милюкова и Керенского — Военные планы — Конфликт с Советом — Правительство одерживает моральную победу — Керенский становится военным и морским министром — Социализм берет верх — Кадеты — Социалисты-революционеры — Социал-демократы — Большевики
Глава XXVIII. 1917 309
Миссия м-ра Хендерсона — Ее происхождение и цели — Созыв Всероссийского Съезда Советов рабочих депутатов — Антивоенная пропаганда большевиков — Предложение Терещенко о созыве Союзной конференции — Большевистское восстание в Петрограде
Глава XXIX. 1917 320
Керенский назначен премьер-министром — Конференция в Стокгольме — Московское совещание и его последствия
Глава ХХХ. 1917 334
Слухи о контрреволюционном движении — Разрыв между Керенским и Корниловым — Керенский отказывается от переговоров с Корниловым и объявляет его изменником — Корнилов приказывает войскам наступать на Петроград — Развал движения — Корнилов уходит в отставку
Глава XXXI. 1917 344
Совет берет верх — Демократическое Совещание соглашается на создание коалиционного правительства — Переговоры с Терещенко и Керенским — Правительство созывает Временный Совет в качестве совещательной палаты — Представительство России на Парижской конференции
Глава XXXII. 1917 355
Слухи о большевистском восстании — Поражение правительства во Временном Совете — Октябрьский переворот — Бегство Керенского — Бомбардировка Зимнего дворца — Арест министров — Большевики формируют правительство — Керенский дискредитирован окончательно — Большевики становятся хозяевами на севере России
Глава XXXIII. 1917 366
Троцкий предлагает перемирие — Его нападки на союзников — Троцкий отказывает британским подданным в разрешении на выезд из России
Глава XXXIV. 1917—1918 380
Мое интервью о нашем отношении к переговорам о перемирии — Подписание перемирия — В Петрограде ширится беззаконие — Призыв Троцкого к народам союзных стран — Цели большевиков — Наш последний день в Петрограде
Глава XXXV. 1918—1922 393
Наша дорога домой через Финляндию — Телеграмма военного кабинета — Моя неофициальная работа по русским делам — Англо-русский клуб — Мои взгляды на положение России и политику интервенции — Мое назначение послом в Рим — Два года в Италии — Смерть жены

Именной указатель 404

Почитать Развернуть Свернуть

МОЕЙ ЖЕНЕ
Она не знала, что умрет,
Но были у нее полны
Глаза сияньем той страны,
Куда войти — ее черед.

И так была она светла,
Такой казалась молодой,
Когда с любовью и тоской
В молитве руки подняла.

Во власти тех же светлых сил
Она ушла от наших нив.
Ей в руки лилию вложив,
Я сам ее похоронил.

21—25 апреля 1922 года


Предисловие

Никогда еще не писали такого огромного количества книг, как в настоящее время. Если я, тем не менее, собираюсь увеличить их число, то поступаю так не столько ради изложения виденного и сделанного мной в течение сорокапятилетней дипломатической карьеры, сколько для того, чтобы представить в новом свете некоторые значительные политические события, с которыми я был более или менее непосредственно связан.
Наиболее важными для меня, с точки зрения политической работы, были мои посты в Софии и Петрограде, поэтому главное внимание в этой книге уделено Болгарии и России, хотя я и даю некоторый обзор моей ранней деятельности. Во время моего пятилетнего пребывания в Болгарии я участвовал в провозглашении ее независимости и в последующем признании князя Фердинанда царем.
В России я провел более семи лет и был там свидетелем Великой войны, крушения Империи, возникновения и падения Временного правительства, а также осуществления большевистской революции.
Я впервые встретил принца Фердинанда — в то время австрийского кавалерийского офицера — в бытность мою вторым секретарем посольства в Вене, и я находился там же, когда в 1887 году он выставил свою кандидатуру на болгарский престол, освободившийся после отречения князя Александра.
Так как мало кто помнит о том, что произошло на Балканах сорок лет тому назад, я изложил вкратце историю Болгарии в промежуток между 1885-м и 1904 годом, когда я был назначен дипломатическим представителем и генеральным консулом в Софии. Это необходимо для того, чтобы сделать понятнее последующие события и объяснить то смешанное чувство благодарности и подозрительности, с которым многие болгары относились к России. Этот очерк и главы, относящиеся к болгарскому периоду моей службы, основаны на официальных отчетах, которые я посылал в Лондон в то время, и я не позволял себе оказаться под влиянием той роли, которую князь Фердинанд и его страна сыграли позже, во время войны.
Я также следовал этому правилу в моей книге, описывая Россию и русских, и руководствовался при этом своей официальной и частной перепиской за время службы в Петрограде.
Я покинул Софию в 1909 году, и после года, проведенного в Гааге, снова был втянут в водоворот балканской политики, заняв в 1910 году место посла в Петрограде. В течение первого года моей службы там Балканы оставались более или менее спокойными, и все мое внимание в это время было направлено на поддержание англо-русского соглашения.
Широкому кругу читателей глвы, посвященные так называемому Потсдамскому соглашению и часто повторяющимся спорам о Персии, могут показаться малоинтересными, но они имеют большое историческое значение, поскольку были, как я показал, моменты, когда эти два вопроса грозили подорвать англо-русские отношения и тем самым изменить ход современной истории. К счастью, положение было спасено, благодаря неустанным усилиям сэра Эдварда Грея и г-на Сазонова, и, когда в 1912 году балканский вопрос снова обострился, оба правительства дружно способствовали поддержанию европейского мира.
Я последовательно разобрал все фазы развития этого кризиса: сербско-болгарский союзный договор 1912 года; образование Балканской конфедерации; Первую Балканскую войну; соперничество Австрии и России, чуть не вовлекшее в этот конфликт всю Европу; заключение мира на условиях, ознаменовавших триумф славянства, и вспыхнувшую затем безумную ссору балканских союзников из-за военной добычи; Вторую Балканскую войну и Бухарестский мир, сведший на нет все успехи, достигнутые в результате Первой войны.
Я показал, как Россия, колеблясь между желанием содействовать славянским интересам и боязнью вызвать международные осложнения, должна была несколько раз в течение кризиса менять свою политику, и, при всем нежелании критиковать моего старого друга и коллегу, я все же отметил некоторые ошибки, которые Сазонов, по-моему, совершил. С другой стороны, я с удовлетворением отметил ведение им переговоров после предъявления Австрией ультиматума в Белграде. Как непосредственный свидетель, я могу удостоверить, что он сделал все возможное, стремясь избежать разрыва.
В то же время, я опроверг обвинения, выдвинутые некоторыми немецкими авторами, и показал всю необоснованность их утверждений, будто Россия желала войны, а мы, британцы, подстрекали ее, обещая военную помощь. Что касается самой мировой войны, я только вкратце очертил ход военных действий, чтобы объяснить их влияние на внутреннее положение, особенно после того, как российская армия, оставшаяся почти беспомощной, терпела в 1915 году поражение за поражением.
Невеселая задача — проследить постепенный закат великой империи, показать контраст между многообещавшим энтузиазмом первых дней войны и последовавшими затем депрессией и прогрессирующим упадком; описывать картину объединившейся вокруг своего монарха преданной нации, и вид той же нации, измученной страданиями и лишениями, причиненными ей крайне бездарной администрацией, в итоге — восставшей против того же монарха и свергнувшей его с престола.
Не менее печально было следить за поступками царя и наблюдать, как он, с его прирожденным фатализмом, добровольно выбирает путь, неминуемо ведущий его самого и его близких к гибели. Я не пытался затушевать его ошибки, но изобразил царя таким, каким знал — обаятельным человеком, со многими хорошими качествами, верным и честным союзником и, вопреки всей видимости, преданным в душе интересам своей страны. Объясняя роль императрицы, я показал, как она, будучи хорошим человеком, действующим из лучших побуждений, послужила орудием, ускорившим наступление окончательной катастрофы. Роковое непонимание кризиса, который переживала Россия, заставляло ее навязывать императору министров, не имевших других заслуг, кроме готовности проводить ее реакционную политику. Те мои читатели, которые ждут от меня новых и сенсационных разоблачений деятельности Распутина при русском императорском дворе, будут разочарованы. Я рассказал о нем лишь то, что считаю истиной, не повторяя всех необоснованных сплетен, связанных с его именем.
Я подробно описал развитие революции, образование Временного правительства, его длительную борьбу с Советами, неспособность остановить развал армии, его прискорбную слабость по отношению к большевикам, бестактное поведение в корниловском эпизоде, и его окончательное крушение под натиском большевиков. Мой труд по освещению этого периода был облегчен благодаря любезному разрешению сэра Эйра Кроу пользоваться моей официальной перепиской, хранящейся в архивах Британского министерства иностранных дел, и благодаря ценной помощи, оказанной мне в этом вопросе архивариусом г-ном Гэзли.
Так как Временное правительство и самодержавие сошли со сцены, я смог гораздо откровеннее рассказать историю моей миссии в России, чем это было бы возможно при иных условиях.
Я подошел к теме объективно и старался в своих суждениях о людях и событиях играть роль беспристрастного наблюдателя, чьи взгляды на великую русскую трагедию могут сослужить некоторую службу будущему историку.
Ответственность за то, что я придал этой книге форму мемуаров и говорю в ней о себе больше, чем намеревался, лежит на моем друге, знаменитом критике Эдмунде Госсе. Он так интересовался развитием моего труда и так доказывал мне важность привнесения в него личных факторов, что я был вынужден переделать некоторые главы, чтобы удовлетворить его просьбы о «новых личных моментах». Хотя мне никогда не удавалось заставить его своим магическим пером вдохнуть жизнь в мою скромную прозу, он все же много помог мне своим ободрением, в котором я нуждался, за что я всегда буду ему благодарен.

Дж. Бьюкенен
25 января 1923 года



ГЛАВА I
1876—1880


Вена — Рим — Мое путешествие по Америке —
Мои впечатления в Соединенных Штатах —
По дороге в Токио

Хотя дипломаты, подобно поэтам, не могут претендовать на честь родиться таковыми, я, в известном смысле, могу сказать, что родился в мире дипломатии. Я родился в Копенгагене в помещении посольства, во главе которого стоял тогда мой отец. Он начал свою карьеру при лорде Стрэтфорде де Редклиф, когда последний был назначен в 1825 году послом в Константинополь. Когда же через полвека — в апреле 1876 года — для меня открылись двери дипломатической карьеры, великий Эльчи, помнивший это обстоятельство, вызвал меня к себе и дал свое благословение, пожелав мне покровительства Господня на жизненном пути. Поразительной красоты человек, несмотря на свои девяносто лет, он все еще оставался той властной личностью, которая — на благо ли, во зло ли — так долго была доминирующим фактором в Оттоманской империи.
В мое время поступление на дипломатическую службу происходило по назначению после экзамена, где предъявлялись не очень суровые требования к умственным способностям кандидата; работа же, которая поручалась новоявленному атташе во время его предварительной подготовки при министерстве иностранных дел, была чисто канцелярского характера, вроде снятия копий с донесений или шифровки и расшифровки телеграмм. Компенсацией за это, однако, были новизна, живые и интересные переживания, доставляемые возможностью побывать за кулисами и познакомиться с внутренней дипломатической кухней, в особенности в такой момент, когда на горизонте ярко разгорался восточный вопрос, а князь Бисмарк составлял знаменитый Берлинский меморандум, не посоветовавшись предварительно с правительством Великобритании.
Я помню, что королева так негодовала по поводу игнорирования князем Бисмарком ее правительства, что дала выход своим чувствам. Я читал об этом в то время в сообщении из Берлина: «Князь Бисмарк обращается с Англией так, как будто она — третьестепенная держава. Это крайне волнует королеву».
Я оставался при министерстве иностранных дел лишь несколько недель, после чего мой отец, срок полномочий которого в качестве посла в Вене подходил к концу, попросил, чтобы меня прикомандировали к этому посольству. Вена была тогда замечательным местом для молодого атташе, особенно для такого, как я, имевшего доступ в качестве сына посла в ее избранное общество, где ровесники или были с тобой на «ты», или вообще тебя не замечали. Венцы так любили танцевать. Я помню однажды бал у князя Шварценберга, начавшийся в одиннадцать часов вечера и закончившийся только в шесть часов утра. Но модные тогда танцы и сопровождавший их этикет едва ли пришлись бы по вкусу любителям фокстротов наших дней. На балах был запрещен даже вальс а trois temps как «малопристойный» (peu convenable). На каждом балу имелась комната под названием «Comtessin Zimmer», куда не допускались замужние женщины. Здесь девицы между танцами болтали с кавалерами, при этом ревниво и зорко следя за заблудшими подругами, осмелившимися переступить границы даже самого невинного флирта.
Более того, приглашения на танцы делались вперед на целый сезон, так что на каждом балу у каждой дамы был определенный состав кавалеров. Если же кто-то не мог явиться, то должен был позаботиться о приискании себе заместителя.
Несмотря, однако, на некоторые старомодные привычки и обычаи, я сохраню навсегда самые приятные воспоминания об австрийском обществе, о его милом и благородном гостеприимстве, о его Gemtlichkeit (труднопереводимое венское выражение, означающее приветливость и добродушие).
Кроме прекрасной общественной жизни, Вена могла похвастать и некоторыми первоклассными театрами, являвшимися для столь страстного театрала, как я, источником бесконечных наслаждений. Бург-театр был тогда еще в прежнем помещении, примыкавшем к дворцу, где, несмотря на небольшой размер старого здания, артисты чувствовали себя уютнее, чем в более просторном и роскошном театре, построенном для них через несколько лет. Г-н Зонненталь и г-жа Вольтер были тогда в зените славы. Имея их в составе целой труппы превосходных актеров, Бург-театр был достойным соперником великого Французского театра на улице Ришелье.
Развлечения не ограничивались Веной, так как осенью мы с отцом часто отправлялись на охоту в Гэдоллэ, близ Будапешта, где даже скромный атташе, вроде меня, мог лично общаться с императором, императрицей и злополучным принцем Рудольфом. На охоте можно было часто встретиться и с графом Андраши, и с целым рядом венгерских магнатов, так что мой отец совмещал приятное с полезным, а я по вечерам большей частью шифровал результаты его бесед с императором и канцлером. Но из всех участников охоты больше всех привлекала мое внимание императрица с ее блестящей красотой, прекрасной посадкой на лошади и изумительной фигурой. Лошади и забота о фигуре были главными интересами ее жизни. Любовь к лошадям доходила до того, что она сама участвовала в цирковой выездке при своей частной школе верховой езды в Гэдоллэ.
Лошади являлись для нее также любимым предметом разговора, так что моя мачеха, не очень уважительно относившаяся к высоким особам, заметила однажды сухо, выслушав, как императрица говорит о лошадях: Est-ce-que Votre Majest ne perse qu’aux chevaux?* История не сохранила ответа ее величества, но, по-моему, разговор сразу же закончился!

Прослужив год в должности атташе в Вене, я вернулся в министерство иностранных дел и был в 1878 году назначен третьим секретарем посольства в Рим, где провел полтора счастливых года под прекраснейшим и приятнейшим руководством сэра Огастеса Пэджета.
Рим всегда будет очаровывать тех, кто туда попадает, но Рим сорок пять лет тому назад был даже более привлекателен, чем сейчас. Он в значительной степени оставался еще Римом папских времен, а не большой современной столицей. Новый город, опоясывающий сейчас древний Рим, был тогда только в зародыше. Прекрасная территория Виллы Людовизи не превратилась еще в бесчисленные улицы с банальными домами. Строитель не наложил пока своей святотатственной руки на Кампанью, простиравшуюся тогда почти до городских стен. Раскопки на Форуме, прибавившие так много интересного к нашим сведениям о классическом мире, еще только начинались, но, с чисто эстетической точки зрения, Форум был в то время гораздо живописнее, чем сейчас.
Наше посольство находилось уже тогда в его теперешнем помещении Виллы Торлониа, но наше экономное правительство не продало еще нижней части великолепного сада, который был почти вдвое больше теперешнего. Окаймленное с одной стороны Аврелиевой стеной, посольство находилось на небольшом расстоянии от Порта Пиа, так что, выехав из ворот, можно было попасть в Кампанью и скакать целые мили по огромной равнине. Не будучи слишком обременен работой зимой, я обычно два раза в неделю выезжал на охоту, хотя, после танцев до пяти часов утра, не всегда с удовольствием поднимался рано, чтобы отправиться на место встречи.
В Риме, несмотря на разделение общества на Белых и Черных, жилось тогда весело. Громадные дворцы аристократии, большая часть которых теперь закрыта, были ареной постоянных развлечений, особенно в последние десять дней перед Великим постом, когда устраивался карнавал. Каждый вечер давались пиры и балы, а после полудня на Корсо веселился Король—Карнавал, давно уже отошедший в область предания. Вся улица была увешана великолепными драпировками, причем с каждого из многочисленных балконов можно было смотреть и участвовать в битве цветов и конфетти, в то время как другие участники в самых причудливых одеяниях проезжали мимо на пестро разукрашенных колесницах. Затем, когда Корсо пустела, празднества заканчивались любопытным зрелищем — скачками лошадей без всадников, известными под названием «Брбери».
В конце 1879 года наступил срок моей службы в более отдаленном месте, и я был назначен вторым секретарем посольства в Токио. Как ни огорчала меня необходимость покинуть Рим, я все же был увлечен мыслью о Дальнем Востоке и о пребывании в течение двух месяцев по дороге туда в Соединенных Штатах Америки.

Одним из добрых намерений, какими вымощена дорога в ад, у меня было ведение дневника. Так как путешествие в Японию было одним из немногих случаев, когда я выполнил это намерение, то я могу теперь отметить некоторые впечатления, которые произвели на меня сорок лет назад Соединенные Штаты. Вашингтон, как город, мне не понравился, хотя Торнтоны, у которых я остановился в посольстве, были сама любезность. Гораздо больше понравился мне Нью-Йорк. Я отметил, что его кафе могли вполне сравниться с парижскими, а общественная жизнь там была мне гораздо более по вкусу. Для меня устраивали обеды, водили по театрам и балам и представляли меня всем интересным молодым девицам. Подобно многим из моих соотечественников, я пал жертвой их очарования и менее чем через две недели был помолвлен — но лишь на двадцать четыре часа.
Мой будущий тесть, которого я до этого никогда не видал, в то время лежал с тяжелым приступом подагры. Когда меня ввели в его спальню, он сказал мне в ответ на просьбу о благословении, что в качестве зятя я его не устраиваю. Он прибавил при этом, что я всегда буду ему благодарен. И он оказался прав.
Покинув Нью-Йорк, я провел несколько дней у знакомых близ Бостона. В Америке, на мое несчастье, не был тогда еще принят сухой закон, так что мне приходилось, в соответствии с понятиями моего хозяина о гостеприимстве, ездить с ним по разным клубам и барам и пить коктейли с его друзьями. Однажды — в день какого-то национального праздника — я выпил тринадцать коктейлей. Это было до ланча, в течение утра, и, как результат, на ланче я так и не появился.
Из Бостона я отправился на Ниагару, где ко мне присоединился мой друг Сидни Кэмпбел, который сопровождал меня в Японию. Отдав дань искреннего восхищения водопадам, мы направились вместе в Чикаго. Там мы соприкоснулись с деловой стороной американской жизни и посвятили наше короткое пребывание осмотру складов и элеваторов. Продолжая наше путешествие, мы пересекли реки Миссисипи и Миссури и скоро оказались в открытой прерии — на огромной равнине без признаков жизни, кроме пасущегося кое-где скота и попадающихся время от времени группы деревьев или случайного фермерского дома. «Это напоминает мне, — писал я в своем дневнике, — Кампанью в большем масштабе, но лишенную всей ее красоты — руин, акведуков, раскаленных под горячим итальянским солнцем холмов и купола знаменитого собора на фоне ярко-голубого неба. Здесь все холодно, серо и тоскливо и так монотонно. Просыпаешься утром и оказываешься как раз там, где был накануне вечером. Впрочем, вчера вечером несколько вспыхнувших пожаров нарушили однообразие бесконечной равнины. Миновав Шайен, мы впервые увидели Скалистые горы — приятная перемена после прерий — и начали подниматься, пока не достигли Шермена — на высоте более восьми тысяч футов над уровнем моря. До Огдена и Солт-Лейк-Сити пейзаж был весьма живописен со своими ярко-красными песчаниками и множеством скал».
В моем дневнике сохранилось следующее описание города мормонов Солт-Лейк-Сити:
«Это чистый процветающий город со скромными опрятными домами, окруженными садами или огородами. Наутро после приезда мы наняли экипаж, и наш кучер, оказавшийся англичанином, служил нам гидом. Сначала мы отправились в Десятинный дом, куда все мормоны, включая даже дам полусвета, должны отдавать десятую часть своих доходов. Затем мы посетили «Храм» — гранитное здание, которое будет закончено постройкой через четыре-пять лет, после чего посетили «Скинию». Это длинное безобразное деревянное строение около 250 футов в длину, продолговатой формы, с низкой крышей. В нем может поместиться двенадцать тысяч человек, причем акустические свойства его так замечательны, что мы слышали звук падения уроненной нашим проводником булавки на расстоянии семидесяти ярдов от того места, где мы стояли. Вся крыша увешана гирляндами из листьев, чтобы избежать малейшего эха.
Из «Скинии» мы отправились к г-ну Тэйлору, президенту мормонов, в Лайон-хаус. Президент, ничем не примечательный человек лет шестидесяти—семидесяти, принял нас весьма вежливо и беседовал с нами минут двадцать. Он родом из Вестморланда и сидел в тюрьме вместе с Джо Смитом, когда последний был убит толпой в Нову. Сам он бежал, отделавшись лишь огнестрельным ранением.
К нему относятся без того уважения и страха, какие внушал его предшественник. Брайэм Янг, в противоположность г-ну Тэйлору, был гениальный человек с железной волей. Получив мантию пророка после смерти Джо Смита, он решил осуществить великое переселение на Запад, где мормоны могли бы жить спокойно, не боясь преследований черни. Чтобы осуществить этот план, ему пришлось провести их через прерии Небраски и Скалистые Горы по Великой Американской Пустыне. Он осуществил все это весьма успешно и достиг в июле 1847 года земли обетованной, хотя и потеряв много своих людей. Он снова проявил мудрость при выборе места для поселения. Солт-Лейк-Сити обязан своим процветанием его энергии, проницательности и организаторскому таланту. Он был исключительным человеком, но грубым и совершенно неразборчивым в выборе средств для поддержания своей диктаторской власти. С его смертью влияние мормонских вождей на свой народ значительно ослабло.
Брайэм Янг имел шестнадцать жен и почти столько же «закрепленных» за ним женщин — выражение, означавшее, по-видимому, что, не будучи его женами в прямом смысле слова на этом свете, они претендовали на то, чтобы таковыми стать в загробном мире. Таким образом, жена может быть «закреплена» за одним мужем при жизни, а после смерти — за другим. В настоящее время никто, по-видимому, не имеет больше четырех жен. Большинство довольствуется двумя, так как увеличились расходы на их содержание с тех пор, как «язычники» ввели в обиход более расточительный образ жизни. Там, где живут две жены, дом разделен на две совершенно обособленные половины. Проводник показал нам дом, из которого жена ? 1 изгнала жену ? 2 и гналась за ней по улице в ночной рубашке. Брайэм Янг выстроил для своей последней фаворитки прекрасный дом, названный по ее имени «дворцом Эмилии». Это единственный в своем роде дом в городе.
Юта не является особым штатом. Это территория, куда правительство Соединенных Штатов назначает губернатора. Здесь издаются собственные муниципальные законы, на которые губернатор может наложить вето. Пьянство карается штрафом от пяти до десяти долларов, а в случае невозможности выплатить штраф провинившийся обязан отработать эту сумму на ремонте дорог. Однако, судя по состоянию дорог, здесь либо мало бедных людей, либо очень мало пьют».
Продолжая путешествие в Сан-Франциско, мы пересекли Сьерра-Неваду — горный массив, где наш поезд задержался из-за схода лавин, и мы были вынуждены провести шестнадцать часов в буфете захудалой маленькой станции, пытаясь заснуть на голых досках.
Одним из любопытных явлений в Сан-Франциско тех дней был китайский квартал, куда нас однажды ночью сводил полисмен. Китайцы жили здесь совершенно обособленно, в собственном городке, с собственными мясниками, булочниками, аптекарями, ювелирами и т.п. Хотя было уже позже десяти вечера, все лавки были открыты. Заглянув в некоторые из них, мы также посетили храм, театр и женский квартал.
24 апреля мы отправились на экскурсию в Иосемитскую долину, хотя нас предупреждали, что мы застрянем в снегу. Первую ночь мы провели в Мерседе и затем, наняв пару лошадей, поехали в одноколке в Марипозу, где провели следующую ночь. Здесь мы верхом перевалили через горы и, отдохнув в небольшой деревушке, прекрасно проскакали через Мерседский каньон в долину. Привожу впечатления из своего дневника того времени:
«Наш путь лежал по лесистому склону горы к реке, низвергавшейся по скалам пятьюдесятью футами ниже. Ярко-зеленая трава блестела на солнце, деревья распускались, повсюду были цветы всех оттенков, и все вокруг оживлялось и окрашивалось кустами, носившими удачное название «красных почек». Перед нами были лютики нежно-желтого цвета, небесно-голубые колокольчики, красные, белые, пурпурные цветы. Холмистый противоположный берег горел ярко-оранжевым пламенем, но на расстоянии мы не могли определить, какие это цветы. По мере приближения к Иосемиту пейзаж становился более диким. Мы начали подниматься по узкой каменистой тропинке, склоны становились все круче, а вместо травы снова появились скалы. В три часа мы вступили в долину.
Моим первым впечатлением было разочарование. Я не понимал, как можно восторгаться этими огромными скалами, поднимающимися прямо к небу. Они были громадны и дики, но в чем их очарование? В первый момент я даже не заметил их размеров. Но очень скоро я научился понимать и ценить их уникальную красоту. С каждым часом я все больше увлекался ею, особенно — при вечернем освещении. В той части долины, где находится отель «Бернард», скалы подавляют и держат тебя в плену, но двумя милями ниже по реке долина становится шире. Мы остановились на небольшом песчаном островке и, позавтракав, отдыхали около часа. Лежа здесь и глядя на гигантскую скалу, поднимающуюся на три тысячи с лишним футов прямо в небо, и на почти такие же скалы напротив нас, образующие как бы рамку для ландшафта, на темные сосны на фоне бледно-голубого неба, покрытые словно густым слоем яркой позолоты, я чувствовал, как ошибочно было мое первое впечатление и как все, слышанное мной об этой долине, не соответствует действительности».
Перечитывая вышеприведенное описание Иосемита через сорок с лишним лет, я задался вопросом, так ли повлияла бы на меня его красота, и выразил бы я свои чувства теперь также, как в дни молодости.
Сент-Бёв написал однажды:

Il existe, en un mot, chez les trois quarts des hommes,
Un pote, mort jeune, а qui l’homme survit*.

Альфред де-Мюссе ответил ему на это сонетом, опровергающим истину этого изречения, и, осудив Сент-Бёва за кощунство ‘dans la langue des Dieux’, просил его запомнить, что

... qu’en nous il existe souvent
Un pote endromi, toujours jeune et vivant*.

Я боюсь, однако, что поэт внутри нас так крепко засыпает с годами, что только сильное душевное переживание, радостное или печальное, может вывести нас из состояния дремоты. Изнуренные жизненными битвами и скорбями, мы в большинстве своем приходим к заключению, что

... не вернется час весны,
Когда цветут цветы и травы зелены.

Возвращаясь из долины, мы пытались проехать в Мерсед другой дорогой через горы, но снег был так глубок, что мы сошли с лошадей и, проведя их часа три черепашьим шагом, отказались от своего первоначального намерения. Потеряв таким образом время, мы достигли подножия горы, отделяющей долину Мерседа от самой деревушки, лишь поздно вечером, и нам пришлось ехать по узкой тропинке на краю пропасти, местами глубиной в 2000 футов. Стояла такая темень, что мы пустили лошадей вперед, а сами шли за ними, так как они гораздо легче находили дорогу. Смертельно усталые и голодные, мы лишь в одиннадцать часов вечера добрались до деревушки.



ГЛАВА II
1880—1888


Токио — Снова Вена — Русско-австрийское соперничество на Балканах — Положение Болгарии — Отречение князя Александра и избрание князя Фердинанда

Выехав из Сан-Франциско на пароходе «Город Пекин», мы прибыли в Иокогаму 24 мая после скучного однообразного двадцатидневного путешествия. Япония находилась тогда в переходном периоде. Хотя страна уже вступила на тот путь, который привел ее в невероятно короткий срок к видному положению, занимаемому сейчас среди великих держав, она еще не была в такой мере европеизирована, как сегодня, и сохраняла много живописного очарования старой Японии.
Кроме линии Токио — Иокогама, железных дорог не было вовсе. Хотя возможности передвижения были таким образом ограничены, можно было больше насладиться видами страны, путешествуя на рикшах или пешком. Во время длительных экскурсий в глубь страны, какие я совершал каждое лето, я провел одну ночь на вершине Фудзиямы, уникальной горы, величественно возвышающейся более чем на 12 000 футов над равниной; взбирался на Асамаяму, большой действующий вулкан; посетил Киото, древнюю столицу, Никко и другие священные места; любовался водопадами на реках и исходил сотни миль, куда только ни влекло меня воображение, причем случайно заходил в такие места, где еще не ступала нога европейца.
Кроме одного случая, когда хозяин чайного домика отказался впустить нас, проявив старинную враждебность к иностранцам, нас повсюду встречали дружески, и в деревнях, где мы останавливались на ночь, нам всегда отводили самые лучшие комнаты. Мой туземный повар и лакей сопровождали меня во время этих экскурсий и, хотя они совершенно не привыкли подолгу ходить, никогда не отказывались, ссылаясь на усталость, прекрасно накормить меня, даже после подъема на Асамаяму, когда мы шли семнадцать часов, так как наши проводники сбились с пути и вели нас вниз по крутому склону горы.
Во время моего пребывания в Токио там побывали служившие мичманами на борту «Вакханки» теперешний король, тогда принц, Георг со своим старшим братом, ныне покойным герцогом Кларенсом. Оказанный им прием был почти такой же, как тот, что был недавно устроен теперешнему принцу Уэльскому. Им показали новый для нас спорт — ловлю сачками диких уток в тот момент, когда они взлетали с поверхности каналов, куда их заманивали, — японское поло; давали обеды и прием в дворцовом саду. Микадо оказал им также особое внимание, поднявшись впервые, если я не ошибаюсь, на борт иностранного военного корабля, будучи приглашен на завтрак на «Вакханке». Я сопровождал принцев в поездке к известному бронзовому Будде у Камакуры в пятнадцати или двадцати милях от Иокогамы. Мы выехали туда верхом большой компанией, но, после роскошного пикника, никто, кроме двух молодых принцев, не решился возвращаться верхом, и я один имел честь сопровождать их вечером на обратном пути.
Жизнь в Японии была тогда очень дешева, и, среди прочей роскоши, у меня был небольшой завод скаковых пони. В Иокогаме, где находились английская и другие иностранные колонии, ежегодно устраивались бега отдельно для японских и китайских пони, так как последние были лучше первых. Японцы, очень увлекавшиеся бегами, старались всегда помешать закупке лучших пони иностранцами. Тем не менее, осенью 1882 года я победил на главных японских скачках в третий раз на одном и том же пони и получил приз в сто фунтов стерлингов.
Тогда же я взял первый приз на скачках тяжеловесов, а мой лучший китайский пони мог бы выиграть на скачках среди пони китайской породы, если бы не нечестное поведение жокея-японца. В ответ на мою жалобу в правление жокей-клуба его там допросили, но, так как он упорно отрицал обвинение, победу присудили ему.
Сэр Гарри Паркс, тогдашний посол в Токио, был способным человеком с длинным прекрасным послужным списком. Находясь в должности атташе при миссии лорда Эльджина в 1860 году, он был предательски задержан китайцами и провел одиннадцать дней в тяжелых цепях. Отказавшись купить свободу на условиях, которые могли бы повредить успеху переговоров лорда Эльджина, он был приговорен к смерти. После взятия Летнего дворца смертный приговор был отменен, и его освободили. Назначенный в 1865 году послом в Японию, он оказал большую помощь микадо в первые годы нового режима и не раз чудом избегал покушений.
Характер у него был не из легких, и он часто доставлял неприятности своим сотрудникам. Однажды — это было до моего приезда — служащие не могли найти потребовавшегося ему письма. Он в ярости ворвался в канцелярию, вытащил из шкафов все бумаги, расшвырял их ногами по комнате и, обращаясь к секретарям, воскликнул: «Это вас научит держать архив в порядке и находить бумаги, когда они мне нужны!»
Когда я прибыл в Токио, он был в отпуске в Лондоне.
В министерстве иностранных дел ему на

Дополнения Развернуть Свернуть

Именной указатель

 

Абаза Алексей Михайлович (1853—1915) — контр-адмирал — 262
Абдул Хамид II (1842—1918) — правитель Турции (1876—1909) — 25, 52, 61, 66
Авксентьев Николай Дмитриевич (1878—1943) — один из лидеров партии эсеров, член исполкома Петроградского совета — 324, 352, 361
Азеф Евно Фишелевич (1869—1918) — один из основателей и лидеров партии эсеров — 125, 130
Аладьин Алексей Фёдорович (1873—1927) — член Первой Государственной Думы — 337, 341
Александр Батенбергский (1857—1893) — болгарский князь — 6, 20, 24—27, 49, 58, 62
Александр Сербский (1888—1934) — принц-регент — 181, 182
Александр I (1777—1825) — российский император (1801—1825) — 141, 167
Александр II (1818—1881) — российский император (1855—1881) — 64, 125, 129, 182, 259, 288
Александр III (1845—1894) — российский император (1881—1894) — 24—26, 49, 139, 259, 260
Александра Фёдоровна (1872—1918) — российская императрица (1894—1917), супруга Николая II — 8, 30, 123, 132—134, 136, 139, 141, 149, 167, 169, 187, 189—194, 200, 202, 211—213, 215, 219, 222, 223, 225, 227, 228, 230, 231, 234, 237, 242, 255—259, 265, 266, 275
Алексеев Михаил Васильевич (1857—1918) — генерал — 171, 186, 199, 246, 280, 339, 340, 341
Алексей Николаевич (1904—1918) — цесаревич, сын Николая II — 169, 189, 190, 222, 252, 255, 256, 258, 280, 281
Алиса Гессенская (1843—1878) — принцесса, дочь английской королевы Виктории — 30, 32, 33
Алиса, принцесса Гессен-Дармштадтская — см. Александра Фёдоровна
Алсуотер (Джеймс Вильям Лоутер) (1855—1949) — лорд, член британского парламента — 89
Альфред Эдинбургский (1844—1900) — герцог, отец великой княгини Виктории Федоровны — 30
Анастасия Николаевна (1901—1918) — вел. княжна, дочь Ни¬колая II — 149, 169, 256, 258
Анастасия Николаевна (1867—1936) — княжна Черногор¬ская, супруга вел.князя Николая Николаевича — 189
Андраши Дюла (Юлиус) (1823—1890) — граф, венгерский канцлер, министр иностранных дел — 12
Аппони Геза (1853—1927) и Паула (1854—1928) — венгер¬ская аристократическая династия — 23
Артур Конноутский (1852—1942) — английский принц — 136, 137
Асквит Герберт Генри (1852—1928) — лорд — 39, 40, 114, 193
Асквит Эмма Алиса Маргарет (1865-1945) — супруга предыдущего — 114

Бальфур Артур Джеймс (1848—1930) — лорд — 325, 326, 349, 361, 370, 380, 396—398
Барк Пётр Львович (1869—1937) — министр финансов (1914—1917) — 194, 236
Бартер Чарльз (1857—1931) — английский генерал — 332
Бахметьев Юрий Петрович (1844—1951) — дипломат — 53, 59, 62, 63
Безобразов Александр Михайлович (1855—1931) — статс-секретарь — 262
Беляев Михаил Алексеевич (1863—1918) — генерал, начальник Генерального штаба (1914—1916) — 172, 248
Бенкендорф Александр Константинович (1849—1916) — граф, дипломат, посол в Лондоне (1903—1916) — 213, 232
Бенкендорф Павел Константинович (1853—1921) — граф, гоф-маршал — 213
Берни Сесиль (1858—1929) — английский адмирал — 396
Берхтольд Леопольд (1863—1942) — граф, австрийский дипломат — 98, 100, 105, 106, 155, 156
Бетманн-Гольвег Теобальд фон (1856—1921) — германский рейхсканцлер (1909—1917) — 102, 142, 152, 157
Биберштейн-Маршал-фон (18?-19?) — барон, дипломат — 114
Биконсфильд (Дизраэли Бенд¬жамин) (1804—1881) — лорд, пре¬мьер-министр Великобри¬тании в 1868 и 1874—1880 гг. — 60
Бирилёв Алексей Алексеевич (1844—1915) — адмирал, мор¬ской министр (1905—1907) — 264
Бисмарк Отто фон Шёнхаузен (1815—1898) — князь, министр иностранных дел (1862—1890) — 11, 28, 70
Битти Дэвид (1871—1936) — английский адмирал — 139, 148, 149
Бобринский Алексей Александрович (1852—1927) — министр земледелия (1916) — 218
Богров Дмитрий Григорьевич (1887—1911) — террорист — 125, 126
Бономи Иваноэ (1873—1951) — итальянский политический деятель — 401
Борджиа — семья — 226
Борис (1894—1943) — болгарский царевич, впоследствии царь Борис III (1918—1943) — 47, 49, 51, 52, 55, 70, 72, 99
Босвелл Джеймс (1740—1795) — английский писатель — 262
Братиано (Брэтиану) Йон (1864—1927) — румынский политический деятель — 179, 180
Бриенен Дейзи де — баронесса — 74
Брусилов Алексей Алексеевич (1853—1926) — генерал — 171, 198, 203, 246, 350
Бруэр Дэвид — американский юрист — 38
Брюс «Бенджи» — секретарь автора — 204, 210, 214, 250, 392
Булацель Павел Фёдорович (1867—1919) — журналист — 213, 217
Бунзен Морис Уильям Эрнест де (1852—1932) — английский дип¬ломат — 115
Бурбоны — французская династия — 400
Бургойн — барон, французский дипломат — 24
Бурцев Владимир Львович (1862—1942) — публицист и издатель — 186
Бьюкенен-Батхерст Джорджина Мериэл (1863—1922) — супруга автора — 5, 23, 30, 31, 36, 45, 60, 68, 136, 169, 202, 204, 244, 273, 277, 278, 313, 319, 340, 360, 386, 393, 396, 397, 402, 403
Бьюкенен Мериэл (1886—1959) — дочь автора — 68, 69, 134, 169, 202, 319, 340, 396
Бьюкенен-Стюарт Джорджина Элизабет (182—1904) — мачеха автора —12
Бьюкенен Эндрю (1807—1882) — отец автора, британский дипломат — 10—12, 74
Бэтьюн Э. — английский генерал — 90
Бюлов Бернхард (1849—1929) — граф, германский рейхсканцлер (1900—1909) — 44, 265

Вальдемар (1858—1939) — дат¬ский принц — 26
Вандервельде Эмиль (1866—1938) — бельгийский политический деятель — 305, 312
Варбург Фриц М. — финансист — 217, 223, 235
Варнава (1859—1924) — тобольский епископ — 191, 195
Васильчикова — 197
Вебстер Ричард Элверстоун (1842—1915) — лорд, английский юрист — 38—42
Верховский Александр Иванович (1886—1938) — генерал-майор, военнный министр (сентябрь—октябрь 1917) — 341, 344, 346, 356, 365
Вивани Рене (1863—1925) — премьер-министр Франции (1914—1915) — 150
Виктор-Эмануил III (1869—1947) — король Италии (1900—1946) — 182
Виктория (1819—1901) — королева Великобритании (1837—1901) — 11, 29—32, 35—37, 55, 57, 134
Виктория-Аделаида Фредерика (1840—1901) — супруга импе¬ратора Фридриха-Вильгельма Прусского, императрица Германии (1888) — 31, 32
Виктория Мелита (Виктория Федоровна) (1876—1936) — вел. кн., супруга вел. кн. Кирилла Владимировича — 30, 31,133, 134, 140, 225, 277, 278
Вильгельм I Фридрих-Людвиг (1797—1888) — император Германии (1871—1888) — 34
Вильгельм II (1859—1941) — император Германии (1888—1918) — 24, 61, 78, 82, 102, 118, 120, 143, 144, 148, 149, 157—160, 162, 163, 196, 197, 263, 264, 278, 382
Вильсон Вудро Томас (1856—1924) — президент США — 287
Вильсон Генри (1864—1922) — английксий генерал — 238
Вильчек — графиня — 24
Вильямс Гарольд (1876—1928) — английский журналист — 384
Вильямс Шелдон — см. Шелдон-Вильямс
Виндэм — полковник, английский военный атташе — 88
Витте Сергей Юльевич (1849—1915) — граф, министр путей сообщений (1892) — 45, 145, 164, 173, 174, 262
Владимир Александрович (1847—1909) — великий князь, сын Александра II — 64, 140
Воейков Владимир Николаевич (1868—1942) — генерал-майор, командир л.-гв. Гусарского полка — 212, 246
Вольтер Шарлотта (1834—1897) — актриса — 12
Вудхаус — английский дипломат — 375
Вырубова Анна Александровна (1884—1964) — фрейлина рос¬сийской императрицы Александры Федоровны — 190, 191, 274, 275

Гаррисон Бенджамин (1833—1901) — президент США — 39—41
Гейль Макс фон — барон — 30
Гендриков Василий Александрович (1857—1912) — граф, обер-церемониймейстер — 138
Генрих IV (1553—1610) — король Франции (1589—1610) — 215
Георг V (1865—1936) — король Великобритании (1910—1936) — 21, 76, 79, 90, 91, 138, 144, 150, 161, 166, 182, 197, 202, 203, 211, 214, 216, 230, 251, 271—273, 278—280, 396, 401
Герберт Майкл Генри (1857—1903) — английский посол в Вашингтоне (1902—1903) — 35
Гешов Иван Евстатиев (1849—1924) — болгарский политический деятель — 67
Гёте Иоганн Вольфганг (1749—1832) — поэт — 57
Гиббон Эдуард (1737—1794) — английский историк — 22
Гинденбург Пауль фон (1847—1934) — немецкий фельдмаршал — 171
Говард Эсме Вильям (1863—1939) — английский дипломат — 395
Гогенцоллерны — 285
Голицын Николай Дмитриевич (1850—1925) — князь, россий¬ский политический деятель — 230
Голуховский Агенор (1849—1921) — граф, австро-венгерский дипломат — 53, 54
Горемыкин Иван Логгинович (1839—1917) — министр внут¬ренних дел (1895—1899), пред¬седатель Совета Министров (апрель—июль 1906 и 1914—16) — 122, 126, 127, 132, 194, 195, 199, 209
Горчаков Александр Михайлович (1798—1883) — князь, министр иностранных дел (1867—1882) — 213
Горький Алексей Максимович (1868—1936) — писатель — 384
Госсе Эдмунд (1849—1928) — литературный критик — 9
Готфрид Гогенлоэ фон Шиллингс¬фюрст (1867—1932) — князь — 44, 98, 104
Гоудби Кеннет — врач — 115
Гоц Абрам Рафаилович (1882—1940) — лидер партии эсеров — 388
Гошен Вильям Эдвард (1847—1924) — английский дипломат — 115
Грей Эдвард (1862—1933) — лорд, министр иностранных дел Великобритании (1905—1916) — 6, 73, 76, 77, 84—91, 94, 100, 103, 106, 111—116, 121, 142, 144, 152, 153, 155, 159, 180, 181, 197, 211, 228
Грейс Уильям Гилберт (1848—1915) — игрок в крикет — 396
Грейс, сын предыдущего — 396
Гренфелл — английский дипломат — 214
Григорович Иван Константинович (1853—1930) — адмирал, мор¬ской министр (1911—1917) — 214, 250
Гурко Василий Иосифович (1864—1937) — генерал — 239, 240
Гусева Хиония Кузьминична (1886—19?) — террористка — 189
Густав VI Адольф (1882—1973) — шведский король (1950—1973) — 395
Гучков Александр Иванович (1862—1936) — военный и морской министр (1917) — 124, 131, 202, 252, 253, 272, 274, 284, 299, 327
Гэзли — архивариус — 8

Дабиджа — российский консул в Персии — 91, 93, 94
Данев Стоян Петров (1858—1949) — болгарский политический деятель — 62, 107
Дафферин Фредерик Темпл (1826—1902) — лорд, английский дипломат — 134
Делькассе Теофиль (1852—1923) — французский дипломат — 109, 110, 148
Де-Мартенс Фёдор Фёдорович (1845—1909) — юрист — 38, 40, 41
Деникин Антон Иванович (1872—1947) — генерал — 399, 400
Джиолитти (Джолитти) Джованни (1842—1928) — итальян¬ский политический деятель — 401
Диллон И. Джей — журналист — 262, 263
Дмитрий Павлович (1891—1942) — вел. князь — 226, 227
Драйден Джон (1631—1700) — ан¬глийский поэт — 403
Думерг Гастон (1863—1937) — французский политический деятель — 238
Дурново Пётр Николаевич (1843—1915) — министр внутренних дел (1905—1906) — 123, 124, 262
Духонин Николай Николаевич (1876—1917) — генерал — 372, 373, 377, 385, 386
Дэвидсон Артур — друг автора — 271

Екатерина II (1729—1796) — российская императрица (1762—1796) — 138
Елизавета Австрийская (1837—1898) — императрица Австро-Венгрии (1854—1898) — 12
Елизавета Фёдоровна (1864—1918) — вел. княгиня, супруга вел. князя Сергея Александровича — 169, 225

Жильяр Пьер (1879—1962) — воспитатель детей императора Николая II — 252, 257, 267
Жоффр Жозеф Жак (1852—1931) — французский маршал — 172

Завойко В.С. — секретарь генерала Корнилова — 337, 340
Засулич Вера Ивановна (1849—1919) — революционерка — 288
Зонненталь Адольф фон (1834—1909) — актёр — 12

Иван IV (1530—1584) — русский царь (1547—1584) — 205
Иванов Николай Иудович (1851—1919) — генерал — 171, 248
Игнатьев Алексей Павлович (1842—1906) — генерал — 53
Извольский Александр Петрович (1856—1919) — министр иностранных дел России (1906—1910), посол в Париже (1910—1917) — 77, 92, 126, 260, 263—265, 268
Илиодор (1880—после 1914) — иеромонах — 200
Иоффе Адольф Абрамович (1883—1927) — дипломат — 386
Ито Хиробуми (1841—1909) — премьер-министр Японии — 44, 45

Каледин Алексей Максимович (1861—1919) — генерал — 363, 365, 375, 378
Кальноки Густав (1832—1898) — граф, австрийский министр — 25—28
Карл I (1839—1914) — румын¬ский король (1881—1914) — 58, 117, 118, 175
Карлотти ди Рипарбелла Андреа — маркиз — 238, 270, 287, 347, 348
Карри Филипп Генри Вудхауз — лорд, английский дипломат — 42
Картрайт Фэйрфэкс Л. — английский дипломат — 114
Кастельно де Куриер де Кастельно (1851—1944) — француз¬ский генерал — 238
Каульбарс Николай Васильевич (1842—1905) — барон, генерал — 26, 27
Кевенхюллер-Метш — граф, австрийский политический деятель — 63
Керенский Александр Фёдорович (1881—1970) — юрист, российский политический деятель — 201, 249, 253, 255, 256, 259, 274, 283—287, 290—292, 294, 295, 298—300, 306, 310, 314—316, 318—326, 328—352, 354, 355, 357—359, 363—369, 378
Керзон Дж. Н. (1859—1925) — лорд, английский министр ино¬странных дел (1919—1924) — 397, 400
Кидерлен-Вехтер А. фон — германский министр — 82
Кингсли Чарльз (1819—1875) — английский писатель — 46
Кински — австрийская аристократическая династия — 23, 24
Кирилл Владимирович (1876—1938) — великий князь — 140, 225, 251, 277, 278
Китченер Гораций Герберт (1850—1916) — британский политический деятель — 183, 232
Кларенс Альберт (1864—1892) — герцог, брат Георга V — 21
Кливленд Гровер (1837—1908) — президент США — 38
Климент — болгарский архиепископ — 49
Коковцев Владимир Николаевич (1853—1943) — министр финансов (1904—1914) — 83—85, 104, 122, 129, 130, 132, 191
Коллинз Генн — лорд, британ¬ский юрист — 38, 41
Кольридж Сэмюэль Тейлор (1772—1834) — английский поэт — 32
Константин I (1868—1923) — король Греции (1913—1917; 1920—1922) — 32
Коппей — портретист — 133
Коновалов Александр Иванович (1875—1948) — министр торговли и промышленности (1917) — 348, 357
Корнилов Лавр Георгиевич (1870—1918) — генерал — 297, 299, 315, 322—325, 327—329, 331, 332, 334—337, 339—343, 346, 347, 351, 359, 363
Коулбрук Эдвард Артур (1861—1939) — британский дипломат — 395
Краснов Пётр Николаевич (1869—1947) — генерал — 365
Кривошеин Александр Васильевич (1858—1923) — министр — 194, 195
Кропоткин Пётр Алексеевич (1842—1921) — князь — 327
Кроу Эйр Александр Бэрби Уичарт (1864—1925) — помощник британского министра иностранных дел (1920—1925) — 8
Крыленко Николай Васильевич (1885—1938) — народный комиссар — 372
Крымов Александр Михайлович (1871—1917) — генерал — 337, 339, 341, 342
Ксения Александровна (1875—1960) — вел. княжна, дочь Алек¬сандра III — 133, 140, 301
Кулябко Николай Николаевич (1873—1920) — начальник тай¬ной полиции Киева — 126
Кшесинская Матильда Феликсовна (1872—1971) — балерина — 290
Кэлторп — британский военно-морской атташе — 87, 88
Кэмпбелл Сидней — друг автора — 15

Лазоверт С.С. — врач, соучастник убийства Г.Распутина — 226
Ламсдорф Владимир Николаевич (1844—1907) — граф, дипломат — 53, 54, 264
Лариш — австрийская аристо¬кратическая династия — 23
Лекоффр — британский агент в Персии — 83, 84
Ленин Владимир Ильич (1870—1924) — 283, 290—292, 296, 297, 307, 308, 314, 319, 320, 322, 361, 368, 369, 372, 379, 380, 383, 391, 398
Лео XIII (1810—1903) — папа Рим¬ский (1878—1903) — 52
Лесселз Фрэнк — британский дипломат — 43, 46
Лиман фон Сандерс Отто (1855—1929) — германский генерал — 111, 112, 120
Линдли Фрэнсис О. — британ¬ский дипломат — 389, 392
Литвинов Максим Максимович (1876—1951) — дипломат — 398
Лихновский Карл (1860—1928) — князь, дипломат — 121
Ллойд-Джордж Дэвид (1863—1945) — премьер-министр Ве¬ликобритании (1916—1922) — 233, 273, 312, 313, 349, 388, 391, 396, 397, 398, 401
Лобанов-Ростовский Алексей Бо¬рисович (1824—1896) — князь, министр иностранных дел Рос¬сии (1895—1896) — 48
Локкарт Роберт Брюс (1887—1970) — британский дипломат — 291, 292, 389
Лонгфелло Генри Уодсуорт (1807—1882) — американский писатель — 32
Лофтус Огюстас Уильям Фредерик Спенсер (1817—1909) — лорд, британский дипломат — 87
Львов Владимир Николаевич (1862—1934) — обер-прокурор Святейшего Синода — 335, 336, 337, 338, 339, 342
Львов Георгий Евгеньевич (1861—1925) — князь, министр внутренних дел — 194, 253, 270, 272, 279, 284, 289, 291, 299, 301, 302, 312—314, 318, 321, 326
Лэнсдаун Генри Чарльз (1845—1927) — лорд, британский министр — 43, 54, 56, 61
Людовизи Алессандро (1554—1623) — он же папа Римский Григорий XV — 13

Макаров П.М. — правительст¬венный комиссар — 256, 257
Макдональд Джеймс Рамсей (1866—1937) — британский ми¬нистр — 304, 305, 313
Маккензен Август фон (1849—1945) — германский генерал-фельдмаршал — 185
Маклаков Николай Алексеевич (1871—1918) — министр внут¬ренних дел (1912—1915) — 131, 132, 193
Маклаков Василий Алексеевич (1869—1957) — брат предыдущего — 193, 272, 274
Малинов Александр Павлов (1867—1938) — болгарский политический деятель — 65
Маллет Луи — британский дипломат — 121
Малькольм Йен — друг автора — 396
Мануйлов-Манасевич Иван Фёдорович (1869—1918) — журналист — 200
Марат Жан Поль (1743—1793) — французский революционер — 256
Маргарет (1882—1920) — шведская кронпринцесса — 395
Маргарита Гессенская (1872—1954) — принцесса, супруга принца Фридриха-Карла — 32—34, 36
Мария Эдинбургская (1875—1938) — румынская королева (1914—1927) — 110
Мария-Луиза (1838—1923) — гер¬цогиня Баденская — 33—35
Мария-Луиза Бурбон-Пармская (1869—1899) — первая су¬пруга болгарского князя Фердинанда — 49, 51
Мария Николаевна (1899—1918) — вел. княжна, дочь Николая II — 149, 169, 255, 256, 258, 280, 281
Мария Павловна (1854—1920) — вел. княгиня, супруга вел. князя Владимира Александровича — 133, 140, 227
Мария Фёдоровна (1847-1928) — императрица, супруга Александра III — 133, 138—140, 222, 256, 271, 301, 302
Меттерних-Виннебург Ричард Клеменс (1829—1895) — князь, австрийский дипломат — 23
Меттерних Полина (1836—1921) — княгиня, супруга австрийского дипломата —23, 24
Милица Николаевна (1866—1951) — княжная Черногорская, супруга вел. князя Петра Николаевича — 189
Милнер Алфред (1854—1925) — лорд, британский министр — 238, 241, 288, 311
Милюков Павел Николаевич (1859—1943) — историк — 89, 220, 221, 253, 254, 269, 270, 272, 274, 277, 279—282, 284, 287, 291—293, 295—300, 315
Мингрельский Николай Давидович (1846—1903) — князь — 26
Михаил Александрович (1878—1918) — вел. князь, сын Александра III — 241, 251, 252, 253, 269, 274
Мотоно (1862—1919) — виконт, японский посол при русском дворе (1908—1916) — 215, 216
Мухаммед-Али — персидский шах — 84, 92
Муцухито — японский император (1867—1912) — 21, 22
Мэри Текская (1867—1953) — су¬пруга короля Георга V, королева Великобритании (1910—1936) — 202, 203
Мюллер — российский консул в Персии — 93
Мюссе Луи Шарль Альфред де (1810—1857) — французский поэт — 19
Мясоедов Сергей Николаевич (1865—1915) — подполковник — 192

Набоков Константин Дмитриевич (1874—1927) — дипломат — 298, 302, 325, 326, 349
Наполеон I Бонапарт (1769—1821) — французский император — 57, 167, 199, 205, 206, 332
Неклюдов Анатолий Васильевич (1856—?) — посол России в Стокгольме (1913—1917) — 224, 235
Некрасов Николай Виссарионович (1879—1940) — министр путей сообщения (1917) — 321, 336, 343
Нелидов Александр Иванович (1835—1910) — посол России в Константинополе (1883—1897) — 25
Нератов Анатолий Анатольевич (1863—1929) — чиновник азиатского департамента министерства иностранных дел, товарищ министра иностранных дел (1910—1917) — 81, 83, 84, 88, 209, 217
Нессельроде Карл Васильевич (1780—1862) — граф, министр иностранных дел (1816—1856) — 213
Николай II (1868—1918) — российский император (1894—1917) — 7, 8, 30, 40, 49, 52, 62, 64, 69, 76—79, 88, 89—91, 94—96, 99, 101—104, 106—108, 112, 113, 116—118, 123, 125—127, 133—137, 139—141, 143—149, 157—162, 166—170, 173—179, 181—191, 193—197, 199—204, 206, 208—218, 220—223, 225, 227, 230—239, 241, 242, 246—248, 251—253, 255—268, 273—281, 289, 328, 363, 366, 369, 384
Николай Михайлович (1859—1919) — вел. князь — 133, 141, 237, 278, 392
Николай Николаевич (1856—1929) — вел. князь, главнокомандующий российской армии — 101, 103, 170, 179, 186, 187, 189, 191, 198, 208, 252, 269, 273, 301
Николай Греческий (1878—1932) — 117, 119, 120
Николай I Негош (1841—1921) — король Черногории (1863—1918) — 106, 107
Николсон Артур (1849—1928) — британский дипломат — 76, 273
Нина Александровна — террористка — 126
Ниссель Анри Альбер (1866—1955) — французский генерал — 375
Нитти Франческо Саверио (1868—1953) — итальянский политический деятель — 401
Нокс Альфред Вильям (1870—1964) — британский военный атташе — 170, 214, 248, 318, 360, 364, 373, 374, 393
Нуланс Жозеф (1864—1939) — французский дипломат — 302, 335, 347, 348, 376, 387

О’Бирн (18?—1916) — британ¬ский дипломат — 183
О’Грэди Джеймс — британский дипломат — 290, 293, 294, 302, 303, 305
Ольга Николаевна (1895—1918) — вел. княжна, дочь Николая II — 125, 149, 169, 215, 256, 258
Орлов Владимир Николаевич (1868—1927) — князь — 191

Павел Александрович (1860—1919) — вел. князь, сын Александра II — 227, 255, 272, 277, 392
Палей Владимир Павлович (1897—1918) — сын вел. князя Павла Александровича — 277
Палей Ольга Валериановна (1866—1929) — княгиня, супруга вел. князя Павла Александровича — 272, 273, 274, 275, 276, 277, 278, 279, 280, 309
Палеолог Морис (1859—1944) — французский дипломат — 139, 149—151, 155, 156, 165—167, 169—174, 177, 183, 188, 209, 220, 221, 238, 248, 250, 270, 273, 277, 287, 302, 312
Панченко Пётр Иосифович (Панч Петро) (1891—1978) — писатель — 310
Паркс Гарри Смит (1828—1885) — британский посол в Японии (1865—1883) — 21, 22
Петков Димитр Николов (1858—1907) — болгарский министр — 72, 73
Петров — 375
Пётр I (1672—1725) — российский император (1682—1725) — 261, 266
Пётр I Сербский (1844—1921) — король Сербии (1903—1918) — 58, 59, 116, 136
Пётр Николаевич (1864—1931) — вел. князь, внук Николая I — 189
Питирим (1858—1919) — петро¬градский митрополит — 191, 223, 227, 250
Плеве Вячеслав Константинович (1846—1904) — министр внут¬ренних дел и шеф жандармов — 326
Плеханов Георгий Валентинович (1856—1918) — 308, 326
Победоносцев Константин Петрович (1827—1907) — обер-прокурор Святейшего Синода — 259, 260
Поваже Генрих — чиновник — 77, 88
Покровский Николай Николаевич (1865—1930) — министр иностранных дел — 219, 223, 248, 250
Поливанов Алексей Андреевич (1855—1920) — военный министр — 193, 201, 202
Похитонов — российский консул — 94
Принетти Джулио (1851—1908) — итальянский министр — 43
Протопопов Александр Дмитриевич (1866—1919) — министр внутренних дел (сентябрь 1916—февраль 1917) — 217, 218, 223—227, 230, 235, 238, 242, 245, 248, 250, 274
Пуанкаре Раймон (1860—1934) — президент Франции (1913—1920) — 149, 150, 182
Пуришкевич Владимир Митрофанович (1870—1920) — политический деятель — 220, 226
Пурталес Фридрих (1853—1928) — граф, германский дипломат — 81, 82, 102, 103, 108,132, 156—158, 160, 161, 168
Пэджет Артур Генри Фитцрой (1851—1928) — британский ге¬нерал — 139, 362
Пэджет Огюстас Беркли (1823—1896) — британский дипломат — 13, 22, 23, 26

Радко-Дмитриев Радко Дмитриевич (1859—1918) — генерал — 171
Распутин Григорий Ефимович (1864—1916) — фаворит Николая II и Александры Федоровны — 8, 185, 187—192, 195, 200, 202, 209, 219, 220, 222, 223, 225—227, 235, 237, 238, 259, 266, 274, 275
Рассел — британский судья — 38
Ревельсток — финансист — 238
Рединг Руфус Айзек (1860—1935) — британский посол в США (1918—1919) — 397
Редклиф Стрэтфорд де (1786—1880) — британский дипломат — 10
Рейд Роберт — британский юрист — 39
Рейс-Кёстрицкая Элеонора Каролина Гаспарина Луиза (1860—1917) — вторая супруга болгарского царя Фердинанда — 72
Ренненкампф Павел Карлович (1854—1918) — генерал — 170, 171
Ржевский-Раевский Борис Михайлович — агент полиции — 200
Рибо Александр (1842—1923) — французский премьер-министр (1917) — 312
Риттих Александр Александрович (1868—1930) — министр земледелия (1916—1917) — 239
Рихтгофен Освальд фон (1847—1906) — барон, германский министр иностранных дел — 45
Роберто I Карло Луиджи (1848—1907) — герцог Пармский — 48
Родзянко Михаил Владимирович (1859—1924) — политический деятель — 89, 90, 124, 193, 220, 223, 224, 227, 231, 241, 246, 248, 249, 251—253, 272, 274, 366
Ротшильд —банкиры — 23
Роулетт — британский юрист — 39
Руджиери — итальянский генерал — 238
Руднев Вадим Викторович (1874—1940) — городской голова Москвы (1917) — 388
Рудольф (1858—1889) — наследный принц, эрцгерцог Австро-Венгрии — 12
Рузвельт Теодор (1858—1919) — президент США (1904—1909) — 75
Рузский Николай Владимирович (1854—1918) — генерал — 171, 246, 252

Саблер Владимир Карлович (1845—1929) — обер-прокурор Святейшего Синода (1906—1915) — 132, 193
Савинков Борис Викторович (1879—1925) — эсер — 324, 326, 335—338
Савов Сава Панайотов (1864—1940) — болгарский генерал — 117
Сазонов Сергей Дмитриевич (1861—1927) — министр иностранных дел (1910—1916) — 6, 7, 78—82, 84—86, 90—94, 100—105, 108—110, 112, 113, 116—121, 149—152, 154—161, 164—166, 173, 175—184, 186, 194, 196, 197, 201, 208—212, 217, 219, 225, 232, 250, 265, 302
Сайкс — британский агент в Персии — 93, 94
Самарин Александр Дмитриевич (1868—1932) — обер-прокурор Святейшего Синода (1915) — 193—195
Самсонов Александр Васильевич (1859—1914) — генерал — 171
Сандерсон — лорд — 57
Сванов — генерал — 259
Свиндерн Йонхир ван — нидерландский министр — 74, 75
Свиндерн — супруга предыдущего — 74, 75
Сементовский Дмитрий Константинович (18?—19?) — дипломат — 63, 68
Сент-Бёв Шарль-Огюстен (1804—1869) — французский поэт — 18, 19
Сергей Александрович (1857—1905) &mdas

Рецензии Развернуть Свернуть

Революция глазами джентльмена

05.02.2007

Автор: Сергей Драновский
Источник: Политический журнал, № 4/5


Джорджу Бьюкенену довелось быть английским послом в России в 1910–1918 гг. Истинный джентльмен викторианской эпохи, умный и эрудированный, своими глазами увидел, как вызревала и как произошла русская революция. В произошедшем Бьюкенен винит окружавших Николая II реакционеров, в том числе и Распутина, а также полагает, что «неспособность русских людей дружно работать сообща, даже когда на карту поставлена судьба их родины, является почти национальным недостатком. Когда бы десяток русских, как сказал мне однажды один из русских государственных деятелей, ни собрались за столом для обсуждения какого-нибудь вопроса, они говорят часами, не приходя ни к какому решению, и кончают тем, что все между собой перессорятся…» Бьюкенена в свое время обвиняли в организации заговора против царя и Февральской революции. Он эту версию достаточно убедительно опровергает. Вообще-то революции посол ожидал, считая, что добром все происходящее не кончится, но как раз в марте 1917-го (если брать новый стиль) он немного успокоился и даже позволил себе покинуть Петербург, вернувшись в него уже после начала революции. Бьюкенен незадолго до Февральской революции в донесении, датированном 16 ноября (н. ст.) 1916 г., сообщал: «Если произойдут беспорядки, говорят, что войска откажутся стрелять. Если такие беспорядки возникнут, они скорее будут вызваны экономическими, чем политическими причинами, и начнут их не фабричные рабочие, а толпа, стоящая на морозе в очередях у продуктовых лавок». И ведь все сбылось как по писаному! Посол утверждал: «Ленин и Троцкий, хотя они и очень значительные личности, представляют собой разрушительную, а не созидательную силу. Они способны разрушать, но не строить. Их цель – уничтожить все прежние так называемые империалистические правительства; они никогда не согласятся, как я в свое время говорил премьер-министру, работать вместе с человеком, которого они считают воплощением империализма». Бьюкенен считал, что белые могли бы выиграть гражданскую войну, если бы их подкрепил небольшой британский экспедиционный корпус из колониальных войск с танками, а британские генералы контролировали бы военные операции Деникина и «настояли бы на проведении примирительной политики по отношению к крестьянам». Ах, если бы все было так просто!

Моя миссия в России

13.11.2006

Автор: Михаил Визель
Источник: Time out, №45


Автор этой книги с детства привык вращаться в кругу старой европейской аристократии. Однако в 1910 году, став послом Британии в России, он оказался свидетелем и чуть ли не участником процесса крушения старого мира. В 1918 году русские эмигранты обвиняли сэра Джорджа в том, что он собственноручно подготовил Февральскую революцию. Автор не оправдывается, а бесстрастно рассказывает о том, что окружало его в России, - о некомпетентности, распутинщине, метаниях Николая II между английской и немецкой партиями. На этом фоне любая твердо выраженная и энергично проводимая политическая воля действительно могла восприниматься как "заговор". Но главное не в этом: настоящий джентльмен должен быть стоиком, делать что должен, и будь что будет - и книга Бьюкенена это наглядно показывает.

Отзывы

Заголовок отзыва:
Ваше имя:
E-mail:
Текст отзыва:
Введите код с картинки: