Империя. 4-й том. книга II

Год издания: 2014

Кол-во страниц: 816

Переплёт: Твердый

ISBN: 978-5-8159-1310-3

Серия : История

Жанр: Хроника

Доступна в продаже
Рекомендованная цена: 1490Р

Луи-Адольф Тьер (1797—1877) — политик, премьер-министр во время Июльской монархии, первый президент Третьей республики, историк, писатель. Полвека связывают историю Франции с этим именем. Автор фундаментальных исследований «История Французской революции» и «История Консульства и Империи».

Оба труда представляют собой очень подробную историю Французской революции и эпохи Наполеона I и по сей день цитируются и русскими, и европейскими историками. Тем более удивительно, что в полном виде «История Консульства и Империи» в России никогда не издавалась. В 1846—1849 годах вышли только первые четыре тома — «Консульство», которое «Захаров» переиздало в новой литературной редакции в 2012 году. Вторая часть — «Империя» — так и не была издана! «Захаров» предлагает вам впервые на русском языке — через полтора века после издания во Франции! — это захватывающее чтение в замечательном переводе Ольги Вайнер.

Содержание Развернуть Свернуть

Содержание


Реставрация Бурбонов    5
Правление Людовика XVIII    70
Венский конгресс    134
Остров Эльба    214
Дополнительный акт    309
Майское поле    395
Ватерлоо    461
Второе отречение    584
Святая Елена    704
Именной указатель    800

Почитать Развернуть Свернуть

LIV

РЕСТАВРАЦИЯ БУРБОНОВ



Отъезд Наполеона на остров Эльба избавил Бурбонов от грозного врага, хотя и разгромленного, но всё еще внушавшего страх державам-победительницам. Чудовище, как называли императорское правление, обезглавили, но осталось туловище, и Европу продолжали сотрясать конвульсии его разбросанных останков. Многие войсковые части, рассеянные по Фландрии, Голландии, Вестфалии, Италии, Дофине, Лангедоку и Испании, еще не получали вестей из Парижа или отказывались им верить. Временное правительство спешно направило к ним гонцов
с сообщениями о вступлении союзников в Париж, отречении Наполеона и восстановлении Бурбонов на французском троне. Ответов ожидали с некоторой тревогой, ибо временному правительству не хотелось отдавать приказы об осаде Страсбурга, Майнца, Лилля, Антверпена, Флиссингена, Текселя, Гамбурга, Магдебурга, Вюрцбурга, Пальмановы, Венеции, Мантуи, Алессандрии, Генуи, Лериды и Тортосы, а союзникам не хотелось их выполнять. Старых солдат, охранявших эти отдаленные посты под началом энергичных командиров, преданных Наполеону и Франции, не без труда удавалось заставить внять голосу рассудка. Их последние подвиги в 1814 году за¬служивают внимания истории и превосходно показывают, в каком состоянии Наполеон оставлял Францию Бурбонам. Мы вкратце расскажем о них.
Антверпен, великолепное детище Империи, хранилище наших военно-морских богатств, оборонял знаменитый Карно. Он навел в крепости порядок, внушив этим гарнизону чувство искренней преданности, и лишил неприятеля всякой надежды завладеть столь ненавистным Англии объектом иначе, чем посредством регулярной и долгой осады. Осаждавшим осталось одно, варварское, средство — бомбардировка. Карно подготовился к ней вместе с адми¬ралом Миссиесси. Эскадру замаскировали землей, прикрыли склады и наиболее угрожаемые укрепления и затем в течение нескольких дней с героической невозмутимостью переносили беспрерывный град бомб и снарядов, стараясь тотчас тушить занимавшиеся там и тут пожары. Исчерпав боеприпасы, осаждавшие перешли к простой блокаде, а Карно, располагавший достаточным запасом продовольствия, недвусмысленно давал понять, что ни его терпение, ни его мужество истощить не удастся.
Действующих войск, запертых в Антверпене, очень недоставало генералу Мезону, который располагал для защиты Фландрии только 6 тысячами человек. Среди оставшихся в Антверпене войск имелась превосходная дивизия Молодой гвардии, включавшая четыре тысячи пехотинцев и несколько сотен конников. Она могла быть весьма ему полезна в обороне границы, и теперь Карно и Мезон изыскивали способы переправить ее через полчища неприятелей.
Наскоро забросив в Берген-оп-Зом, Остенде, Дюнкерк, Валансьен, Мобёж, Конде и Лилль несколько батальо¬нов и продовольственные припасы, Мезон передвигался с 5-6 тысячами солдат между крепостями, высвобождая то одну, то другую, уничтожая разрозненные неприятельские соединения и расставляя ловушки 50-тысячной армии принца Саксен-Веймарского, которому никак не удавалось выбить французского генерала из лабиринта крепостей.
Пока Мезон демонстрировал подобные чудеса отваги и энергии, многие из наших комендантов покрывали себя славой, отражая с горсткой солдат мощные атаки. Когда принц Саксен-Веймарский атаковал Мобёж, его артиллерию разбили, солдат оттеснили от укреплений и атака самым унизительным образом провалилась.
Выискивая способ подтянуть к себе дивизию Роге, Мезон не упустил представившейся в результате неудачной атаки на Мобёж возможности выдвинуться на Антверпен через неприятельские полки. Объединив 6 тысяч пехотинцев дивизий Барруа и Солиньяка с 1100 конниками дивизии Кастекса, он выдвинулся из Лилля как бы для оказания помощи Мобёжу, опрокинул занимавшие Куртре подразделения и для виду погнался за ними к Брюсселю, а затем резко повернул к Генту, захватил его и встал перед городом, поджидая Роге. Вовремя уведомленный Карно выпустил из Антверпена дивизию Роге, которая
и присоединилась к Мезону в Генте, доставив ему подкрепление в 5 тысяч человек всех родов войск.
Многочисленные колонны неприятеля отвлеклись от блокады крепостей и двинулись на Мезона, в том числе и принц Саксен-Веймарский, который намеревался отрезать французам путь к отступлению, бросив на это 30 тысяч человек. Генерал не стал терять ни минуты, возвратился к Куртре, прорвался через корпус Тильмана, уничтожив и захватив около 1200 человек, и по окончании шестидневной экспедиции вернулся в Лилль с победой, сформировав небольшую армию, исполненную бодрости и готовую возобновить набеги, столь хорошо ей удававшиеся. В таком положении Мезона и застали известия из Парижа. Коль скоро так распорядилась судьба, он принял ее приговор, известил войска о свершившихся во Франции событиях и предложил своим солдатам принять перемены. Все его генералы единодушно примкнули к этой позиции.
В то время как армия во Фландрии присоединилась
к новому правительству, Карно, при всем его отвращении к Бурбонам, не мог не придерживаться поведения доброго гражданина. Он понимал, что во Франции теперь возможно только правление Бурбонов и нужно подчиниться обстоятельствам и принять их. Но помимо признания монархии оставался еще долг перед Францией,
и хотя Карно отворил ворота Антверпена посланцам старой династии, у него не было причин сдавать город неприятелю. Когда Бернадотт сообщил Карно о событиях в Париже и потребовал сдать Антверпен союзникам, тот отвечал, что не имеет еще достаточно подтверждений случившемуся и в любом случае сдаст ключи от крепости только представителям короля Франции. Спустя несколько дней, когда в случившемся сомнений уже не осталось, Карно известил о событиях гарнизон, обязал солдат надеть белые кокарды и продолжал держать ворота запертыми до получения приказов от Людовика XVIII.

В то время как на Шельде и Рейне французские генералы выказали и патриотизм, и благоразумие, в Вестфалии маршал Даву проявлял подлинные чудеса преданности и твердости, сохраняя в неприкосновенности вверенную ему позицию. Как мы помним, Даву во главе одного армейского корпуса оказался осажденным в Гамбурге. Когда после поражения в Лейпцигском сражении к нему не присоединился ни дрезденский, ни какой-либо другой гарнизон, Даву основательно закрепился в Гамбурге и исполнился решимости обороняться против солдат всей Европы, дабы сберечь важный пост, представлявший собой ценный залог для переговоров о будущем мире, связь с Данией и резерв снаряжения.
Будучи с ноября 1813 года лишен всякого сообщения с Францией, Даву оставался непоколебим и решил держаться, пока у него имелись солдаты, боеприпасы и продовольствие. В конце ноября он получил наполовину зашифрованное сообщение, которое предписывало ему выдвигаться, если возможно, на помощь Голландии, а в противном случае оставаться в Гамбурге, охранять крепость и занимать ею как можно больше неприятелей. Поскольку все дороги в Голландию и Францию были перерезаны, Даву принял решение остаться.
Маршал располагал 40 тысячами человек всех родов войск, которые превратились под его руководством в превосходных солдат, однако из их числа следовало вычесть 7-8 тысяч больных. Даву запасся продовольствием и бое¬припасами и, согласно приказам Наполеона, окружил Гамбург, Харбург и острова на Эльбе обширной оборонительной системой земляных укреплений, частоколов
и наскоро восстановленных бастионов, для сокрушения которой понадобились бы 100 тысяч человек и искусные инженеры. Затем маршал приступил к обороне и в нескольких боях уничтожил 7-8 тысяч человек генерала Беннигсена, который в конце концов оставил его в покое. Так Даву провел зиму 1813—1814 годов, не получая известий от французского правительства, но получая многочисленные известия от неприятеля — одни ложные, другие правдивые и мучительные, — не считаясь ни с теми ни с другими и решив сопротивляться до тех пор, пока против него не обернется вся Европа.
В таком положении, осаждаемый русской и германской армиями, Даву продержался восемь месяцев. В первых числах апреля Беннигсен уведомил его через датчан о событиях в Париже и потребовал открыть ворота. В ответ маршал сослался на статью декрета об осажденных крепостях, запрещавшую верить слухам, исходившим от неприятеля, и добавил, что его государь, возможно, и потерпел поражение, но поражение не освобождает человека чести от обязательств. Тогда Беннигсен скомандовал новую атаку, которая была исполнена под белым знаменем и от имени Бурбонов. Даву обстрелял белое знамя вместе с русским и опрокинул осаждавших, нанеся им значительные потери.
Потерпев неудачу, Беннигсен вновь прибег к переговорам, по-прежнему через датчан, наших бывших союзников. Маршал от переговоров не отказался и предложил послать во Францию генерала Делькамбра, пообещав признать его донесения достоверными и сообразовать
с ними свое поведение. Беннигсен согласился, но при условии, что ему немедленно сдадут одно из важных укреплений Гамбурга. Маршал ответил отказом.
Наконец в город прибыл с официальным уведомлением временного правительства представитель, оказавшийся родственником маршала. И только тогда, 28 апреля, Даву собрал свою армию, составлявшую еще 30 тысяч здоровых, отлично вооруженных солдат, объявил им       о реставрации Бурбонов, приказал надеть белые кокарды и заявил, что сдаст крепость только по приказу Людовика XVIII, что встретило всеобщее одобрение и рукоплескания. Памятная оборона Даву сохранила ценный объект, спасла для Франции 30 тысяч человек, множество снаряжения и честь знамени.

В Италии принц Евгений оказывал доблестное сопротивление маршалу Беллегарду и упорно отказывался от союзнических предложений, поступавших к нему через баварского короля, его тестя. Евгений держался успешно, пока с тыла его не захватил Мюрат; тогда он откомандировал дивизию Мокюна, дабы помешать неаполитанцам переправиться через По. Доблестный Мокюн опрокидывал неаполитанцев всякий раз, как они появлялись одни или в компании с австрийцами, и сдерживал их до тех пор, пока в Милан не пришли достоверные известия о событиях в Париже. Тогда Евгений вступил в переговоры с Беллегардом и 16 апреля подписал перемирие на следующих условиях. Разбросанные по различным областям Италии французские войска возвращаются во Францию с воинскими почестями и забирают свое снаряжение. Итальянская армия под командованием принца Евгения остается на По и продолжает охранять крепости до тех пор, пока державы коалиции не определят участь Италии.
После подписания перемирия благородный принц, превратившись, в силу необычайных обстоятельств того времени, в принца иностранного, но не перестав быть французским солдатом, обратился с трогательными прощальными словами к армии, с которой ему предстояло расстаться навсегда, приняв от нее в ответ выразительные свидетельства привязанности и сожаления. Затем французская армия под командованием генерала Гренье направилась к Альпам, подбирая по пути гарнизоны, оставлявшие итальянские крепости, и испытывая грусть, ибо навсегда покидала края, где ей удалось, пролив немало крови, обрести великую славу.
В Дофине маршал Ожеро, не сумев отстоять ни Франш-Конте, ни Лион, ни собственную честь, отступил на Изер, а генерал Маршан, многим лучше оборонявший Женеву и Шамбери, отступил на Гренобль. Весть о капитуляции Парижа вскоре достигла и этой части Франции, и после подписания местного перемирия военным действиям был положен конец.

Совсем иначе, по причине отдаленности и численности войск, обстояли дела у подножия Пиренеев, и, уже после того как пушки смолкли повсюду, в этих краях состоялось кровопролитное сражение.
Как мы знаем, свои лучшие войска маршал Сюше отправил к Ожеро, который так и не сумел ими воспользоваться. С немногими оставшимися частями Сюше держался перед Фигерасом, пытаясь вернуть гарнизоны из Каталонии в обмен на Фердинанда VII. Однако испанцы остались глухи к его предложениям, и в конце концов, по приказу Наполеона, Сюше отпустил Фердинанда VII, а относительно исполнения Валансейского договора был вынужден положиться на ненадежное слово нового испанского короля и великодушие испанцев, весьма уменьшившееся от ненависти, которую они к нам питали. Затем Сюше вернулся во Францию, решив присоединиться к Сульту, если события доставят к тому средство и время.
Маршал Сульт после сражения при Ортезе отошел на Тулузу, надеясь увлечь за собой Веллингтона и посредством отходного маневра прикрыть Бордо. Однако Веллингтон не стал гнаться за противником, захватил Бордо, впустил в город Бурбонов и только после этого пустился в погоню за Сультом левым берегом Гаронны.
Английский генерал располагал 60 тысячами человек, в том числе воодушевленными победой испанцами и португальцами, под влиянием успеха и примера английских солдат почти сравнявшимися с ними. Сульт же располагал только 36 тысячами солдат, хотя и превосходных и исполненных подлинно патриотических чувств. К сожалению, сам маршал в ту минуту утратил веру в себя и в фортуну. Он отступил на Тулузу и закрепился на позиции.
Занятая Сультом позиция была весьма выгодной. Гаронна, протекающая поначалу перпендикулярно Пиренеям, у Тулузы резко поворачивает вправо и затем до самого моря течет почти параллельно горам. Хотя неприятель уже перешел через Гаронну и в большей степени угрожал правому, нежели левому берегу, Сульт намеревался оборонять Тулузу на обоих берегах. На левом берегу, перед предместьем Сен-Сиприен, он возвел ряд земляных бастионов и частокол, упиравшийся обеими оконечностями в реку. Вторую и почти неодолимую преграду представляла собой стена предместья, снабженная бойницами, фланкированная башнями и вооруженная артиллерией. Если бы неприятель прорвался в Сен-Сиприен, ему осталось бы только пройти по каменному мосту из предместья в город. Однако, взорвав мост, неприятеля можно было запереть на левом берегу, нанеся большие потери. И потому, чтобы обратить в прах все усилия британской армии, тут требовалась всего одна хорошая дивизия.
Представлялось маловероятным, что главную атаку направят на левый берег, где можно было захватить только предместье; куда больше следовало опасаться атаки на правом берегу, где возможной добычей становился сам город. Но и с этой стороны подступиться к городу было трудно. Южный канал, окружавший Тулузу и соединявшийся с Гаронной ниже по течению, представлял первую линию обороны, позади которой имелась еще городская ограда. Берега канала были тщательно укреплены; мосты через канал прикрыты укреплениями и заминированы. Вся северная часть Тулузы прикрывалась каналом, а с востока и юга позиция была еще сильнее, ибо перед каналом располагалась линия высот, простиравшихся от Лапюжада до Кальвине и повсюду увенчанных редутами и артиллерией. На высотах Сульт и расположил свои основные силы.
На левом берегу, в Сен-Сиприене, он поставил дивизию Марансена из корпуса генерала Рейля, а основную часть армии построил на правом берегу. Дивизия Даррико из корпуса Друэ д’Эрлона, разместившись за каналом у моста Матабье, обороняла город с севера. Дивизия д’Арманьяка из того же корпуса занимала пространство между каналом и высотами. Дивизии Ариспа и Виллата из корпуса Клозеля занимали высоты. И наконец, в резерве за высотами располагалась дивизия Топена, составлявшая остаток корпуса Рейля.
Веллингтон решил дать сражение утром 10 апреля. Генералу Хиллу с дивизиями Мюррея, Стюарта и Морильо он поручил атаковать французов на левом берегу Гаронны перед предместьем Сен-Сиприен. Выделив для этой второстепенной операции более чем достаточные силы, остальную армию он передвинул на правый берег. Генералу Пиктону с шотландской дивизией предстояло форсировать канал к северу от города, а легкой дивизии Олтона назначалось связать эту атаку с атакой испанцев на высоты Лапюжада. Маршал Бересфорд с дивизиями Клинтона и Коула должен был выдвинуться вдоль высот с севера на юг, захватить Кальвине и появиться перед предместьем Сен-Мишель. При нем находилась значительная часть британской конницы.
Утром 10 апреля Хилл атаковал дивизию Марансена на левом берегу перед Сен-Сиприеном, но двигался осторожно, ибо решающая атака должна была развернуться
в другом месте. Он столкнулся с сильным сопротивлением и понял, что дальнейшее развитие атаки будет непростым. На правом берегу, на настоящем театре сражения, Пиктон отважно приблизился к каналу. Берега канала обороняла дивизия доблестного Даррико, бывшего полков¬ника 32-го, прославившегося в Дюренштейне и в Испании. Искусно расставив солдат на линии обороны и подавая им личный пример, генерал в течение нескольких часов противостоял всем атакам англичан и усеял берега канала убитыми и ранеными шотландцами. Тем временем генерал Фрейр с испанцами пытался захватить высоты Лапюжада, расположенные неподалеку. Испанцы смело выдвинулись к укреплениям, навстречу ожесточенному артиллерийскому и ружейному огню. Но их и с левого фланга атаковал генерал д’Арманьяк, они не устояли против двойной атаки и оставили участок, понеся большие потери. К югу от города англичане потеряли почти три тысячи человек и были оттеснены — как на левом берегу, так и на правом, как у канала, так и перед высотами Лапюжада.
В эту минуту Бересфорд предоставил французскому генералу счастливую возможность окончить бой решающей победой. Выдвигаясь с севера на юг вдоль высот, прикрывавших нашу позицию с востока, маршал осуществлял у нас на виду чрезвычайно опасное, но необходимое фланговое движение, ибо ему обязательно требовалось продвинуться на юг, чтобы подойти к Тулузе. Если бы в ту минуту он подвергся массовой атаке, то был бы неизбежно сброшен в топкое русло реки Эрсе, протекавшей параллельно линии высот. Клозель, Арисп и Топен убеждали главнокомандующего не упускать случая и бросить во фланг дерзкому Бересфорду крупные силы. Сульт колебался больше двух часов и решился остановить Бересфорда только тогда, когда тот уже перестал подставлять свой фланг, перестроился и фронтом надвигался на Кальвине на нашем крайнем правом фланге. Дивизия Топена, выдвинутая слишком поздно, потеряла опору на деревню, в которой могла долго обороняться, стремительно атаковала неприятеля, была встречена с присущей англичанам мощью и в самую важную минуту потеряла своего генерала. Несколько мгновений солдаты оставались без руководства, и англичане, воспользовавшись затруднением, завладели редутами Кальвине. Напрасно мы пытались их отбить. Арисп был выведен из строя,
а Бересфорд, перейдя через линию высот, появился к югу от города. Французы в беспорядке отступили, но, к счастью, капитан гренадеров 118-го Ларузьер, собрав свою роту за земляным валом у канала, накрыл англичан огнем в упор, остановил их и дал дивизии д’Арманьяка время воссоединиться. На том неприятелю и пришлось остановить свои атаки. Однако, хотя на всей остальной линии англичане отошли, позиция, будучи обойдена с юга, уже не подлежала обороне.
Сульт был уверен, что при отступлении на Каркассон сумеет присоединить Сюше и они вместе образуют такую силу, против которой осторожный Веллингтон окажется беспомощен. Поэтому он принял благоразумное решение пройти через Тулузу и отступить на Вильфранш. Он вывел из строя около 5 тысяч англичан, а сам потерял 3500 солдат. Испанская армия была, как всегда, неудачлива, но вела себя героически.
Наконец известия о событиях в Париже дошли и до тех мест. Проявив чуть больше проворства, временное правительство могло бы сохранить жизнь 8 тысяч храбрецов, принесенных в жертву ради дела, уже решенного в другом месте, но отправить эмиссара сражавшимся
у подножия Пиренеев армиям догадались только 8 апреля. Талейран выбрал для этой миссии Сен-Симона, дав ему
в сопровождение английского офицера, дабы их без задержек пропустили через ряды неприятельской армии. Но офицер, призванный сослужить французу службу при английских войсках, сделал его подозрительным для войск французских, которым всюду виделись изменники. В Орлеане и Монтобане Сен-Симона задержали французы, а в Тулузе — англичане, и до лагеря Сульта он сумел добраться только 14 апреля. Между тем маршал нашел
в Вильфранше неприступную позицию, дожидался на ней Каталонской армии и льстил себя надеждой вскоре одержать реванш. Прибытие Сен-Симона причинило Сульту все возможные неудовольствия, ибо, помимо того что сообщал ужасные новости, Сен-Симон останавливал маршала в минуту, когда победа начинала казаться возможной. Сульт всеми способами отказывался принимать доставленные ему из Парижа известия и даже намеревался задержать Сен-Симона, вообразив, что сообщение может оказаться ловушкой неприятеля. Но тому удалось скрыться и добраться до лагеря Сюше, который признал достоверность сообщений и согласился повиноваться приказам временного правительства при условии окончательного их подтверждения. Подтверждение вскоре прибыло, и военные действия между французскими маршалами и неприятельскими силами были приостановлены посредством заключения местного перемирия, так же, как и в других местах.
Так окончилось, от Антверпена до Гамбурга, от Гамбурга до Милана и от Милана до Тулузы упорное сопротивление, которое наши солдаты, разбросанные по всей Европе, не переставали оказывать европейской коалиции. Теперь новое правительство, избавившись от Наполеона, избавилось и от его соратников.

Графа д’Артуа, вступившего в Париж двумя-тремя днями ранее (12 апреля), словно подхватил круговорот, способный вскружить и куда более крепкую голову. Водворившись в Тюильри и не помня себя от радости, что очутился в подобном месте, он хотел сообщить свое удовольствие всем на свете и с готовностью заверял сторонников Империи, что для них ничего не переменится, а эмигрантов, возвращавшихся из двадцатипятилетнего изгнания, — что они получат полное удовлетворение, если проявят немного терпения. Но уже в первые дни граф мог заметить, что одними благими словами всех трудностей положения не преодолеть. Ему потребовались адъютанты, а откуда он мог их взять? Прибывшие с ним из-за границы и сбежавшиеся со всех уголков страны друзья рассчитывали, что им приберегут хотя бы места при королевских особах, если все высшие политические должности отдадут чиновникам Империи. Но адъютантов можно было брать только из среды военных, а военных можно было найти только в императорской армии.
Верно оценив истинное положение вещей, Витроль посоветовал графу д’Артуа выбрать адъютантов из числа выдающихся офицеров Империи. Граф последовал его совету и взял в адъютанты Нансути и Лористона, пользовавшихся уважением в армии и близких старой знати. Их назначение вызвало сильное неудовольствие друзей графа и горячие упреки в адрес Витроля и тотчас обнаружило, как люди старого и нового режимов, собравшись вокруг Бурбонов, будут относиться друг к другу.
Графу д’Артуа следовало безотлагательно заняться
и другим важным делом, которое невозможно было уладить уговорами: определиться с титулом, необходимым для управления страной. Сам собою напрашивался титул генерального королевского наместника, осуществляющего королевскую власть в отсутствие короля. Но как облечься им без согласия Сената, который оставался единственной признанной властью, после низложения Наполеона держался в стороне, не присутствовал на последних церемониях и всем своим поведением давал понять, что не наделит королевской властью ни графа д’Артуа, ни самого короля без официального обязательства с их стороны
в отношении Конституции? Непросто было растолковать эту трудность графу д’Артуа и его друзьям, ибо им казалось, что само присутствие законного государя или его представителя упраздняет всякую иную власть, и они еще не привыкли к мысли, что помимо королевского права существует право нации. Витроль, служивший посредником при временном правительстве, понимал, что к этому обстоятельству нельзя относиться легкомысленно, и дал это понять и своему господину.
Настроенный поначалу благодушно, граф д’Артуа заявил, что нужно принять от Сената инвеституру на как можно более благоприятных условиях, поскорее завладеть королевской властью и осуществлять ее как можно лучше до прибытия Людовика XVIII, который и рассудит, что делать. Самозваные советники графа, видя его склонность подчиниться, не осмелились сопротивляться дольше и посоветовали уступить, смягчив, однако, обязательство, которого Сенат требовал от графа, и признав только общие основы будущей конституции.
Тем временем император Александр, узнав о трудностях, воздвигаемых советом графа д’Артуа условиям Сената, поручил Нессельроде повидаться с Витролем и дать ему знать о намерениях государей-союзников. Утром 14 апреля, в то время как Сенат должен был собраться, Нессельроде провел с Витролем ясную и поучительную беседу. Русский министр заявил от имени своего повелителя
и государей-союзников, что Сенату обязаны и низложением Наполеона, и возвращением Бурбонов; что без него не нашлось бы властей для ведения переговоров; что при всех нападках на него Сенат заключает в себе самых просвещенных жителей страны; что эмигрантам, не знакомым с Францией, Европой и нынешним веком, не удастся подчинить себе столь грозную нацию и им следует подчиниться условиям Сената, в которых нет ничего неразумного; что в настоящую минуту существуют только две реальных силы: армия Наполеона и 200 тысяч штыков государей-союзников; что армия Наполеона хочет только короля Римского, а 200 тысяч штыков союзников не станут устраивать 18 брюмера против Сената, а скорее постараются этому помешать; что таково принятое решение и ему поручено не обсуждать его, а только объявить.
Витроль, как бывало и прежде, удалился возмущенный иностранным давлением, за которым сам прежде отправлялся в Труа, и донес до своего хозяина сообщения, которые ему поручили передать. На безумца Александра, как тогда называли императора России, сильно вознегодовали и с вынужденной покорностью стали ждать решения Сената.
Сенат, собравшийся в тот же день, принял следующую резолюцию, которая сделала честь его твердости и уже не могла вызвать никаких насмешек.
«По предложению временного правительства и докладу особой комиссии из семи членов Сенат наделяет Его Королевское Высочество монсиньора графа д’Артуа правом временно управлять Францией под титулом Генерального наместника Королевства, пока Луи-Станислав-Ксавье, призванный на Французский Трон, не признает Конституционную хартию.
Сенат постановляет, что декрет от сего дня будет вечером представлен Его Королевскому Высочеству монсиньору графу д’Артуа всем корпусом Сената.
Принято в Париже 14 апреля».
Вернувшись в Тюильри, Талейран встретился с Витролем и, небрежно бросив на стол текст сенатской резолюции, сказал, что придется им удовольствоваться, а вечером Сенат сам придет к графу д’Артуа за его решением. Теперь Витроль нашел принца не столь сговорчивым, как накануне. Горделивая четкость заявления сенаторов, наделявших его временной и обусловленной властью, исполнила графа д’Артуа гнева. Он резко оттолкнул от себя документ и вскричал, что ему нет дела до господ сенаторов, он их знать не знает, не станет принимать
и сделается генеральным наместником в силу права, а не в силу их декларации. Так граф, днем проявлявший куда больше благоразумия, чем его друзья, ныне его утратил. Но необходимость, победившая друзей графа д’Артуа, победила и его самого: 14 апреля он не сделался сильнее, чем был 12-го, у него по-прежнему не было армии, послушной Наполеону, Национальной гвардии, послушной Сенату, и иностранных солдат, послушных императору Александру. Перечитав декларацию, несколько смягчили обязательства, но оставили в целости суть вещей, а сутью являлось то, что монарх призывается нацией на трон при условии предоставления гарантий, получивших впоследствии наименование Конституционной хартии 1814 года, то есть при условии признания монархом наиболее почетных завоеваний Французской революции.
В восемь часов вечера Сенат появился в Тюильри во главе с президентом Талейраном. Талейран приблизился к графу д’Артуа, опираясь, по обыкновению, на трость, и зачитал, склонив голову к плечу, речь, в которой объяснял, но отнюдь не извинял поведение Сената, ибо оно не нуждалось в извинениях.
«Сенат поддерживает возвращение Вашего августейшего Дома на французский трон. Будучи научены настоящим и прошлым, Сенат и нация желают навеки упрочить королевскую власть посредством справедливого разделения полномочий и общественной свободы, единственными гарантиями всеобщего благосостояния и пользы.
Будучи убежден в том, что принципы Конституции близки Вашему сердцу, Сенат наделяет Вас до прибытия Вашего августейшего брата Короля титулом Генерального наместника Королевства.
Монсиньор, Сенат, вынужденный при исполнении обязанностей сохранять внешнее спокойствие в минуту общественного ликования, от того не менее проникнут всеобщими чувствами. Ваше Королевское Высочество сумеет прочесть в наших сердцах через саму сдержанность наших слов...»
К этим твердым и почтительным речам Талейран присоединил заверения в преданности, бывшие тогда
у всех на устах.
В ответ граф д’Артуа произнес небольшую речь, заготовленную заранее. «Господа, — сказал он, — я ознакомился с конституционным актом, который призывает на французский трон моего августейшего брата короля. Я не получал от него права принимать Конституцию, но мне известны его чувства и принципы, и я без опаски заверяю от его имени, что он примет ее основы...»
После этого открыто высказанного обязательства он перечислил и сами основы: разделение властей, разделение управления между королем и палатами, ответственность министров, свобода прессы, свобода личности, свобода культов, несменяемость судей, неприкосновенность государственного долга и сохранение продаж национального имущества, Почетный легион, сохранение званий и пожалований армии, забвение предшествующих голосований и актов.
«Надеюсь, — добавил граф, — что перечисленные условия вас удовлетворяют и заключают все гарантии свободы и покоя во Франции».
Эта краткая речь имела успех, и воодушевленный им граф д’Артуа с удовольствием обратился к Сенату, а затем и к отдельным сенаторам, с которыми дружески побеседовал. Один из них не удержался даже от восклицания: «О да, в ваших жилах точно течет кровь Генриха IV!» «Его кровь и впрямь течет в моих жилах, — отвечал граф. — Желал бы я иметь его таланты, но за неимением таковых обхожусь его сердцем и любовью к Франции». Эти слова вызвали горячие возгласы одобрения, и казалось, Сенат и граф д’Артуа пришли к совершенному взаимному примирению.
Граф добился полного успеха и был чрезвычайно доволен. Необходимость предстать перед великим собранием самых выдающихся граждан Франции внушала ему некоторую робость, а потому теперь он пребывал в восхищении, что так удачно вышел из положения, и, казалось, забыл свой недавний гнев. «Право слово, — говорил он близким, — обязательство взято, придется честно его выполнять, а потом, когда через несколько лет станет ясно, что дело не идет, посмотрим, что можно будет сделать, чтобы устроить всё по-другому». С этой минуты граф мог считать себя законным обладателем королевской власти, весьма ловко справившимся с одной из серьезнейших трудностей положения.

Поскольку графу д’Артуа была пожалована королев¬ская власть, следовало положить конец существованию временного правительства, не удаляя, однако, ни людей, его составлявших, ни их влияния. Было бы неблагодарностью и очевидной неосторожностью отдаляться от них слишком быстро и внезапно. Наилучшим средством соблю¬сти все приличия являлось превращение временного правительства в совет графа д’Артуа, ибо граф не мог обойтись без совета, даже если бы был лучше осведомлен о людях и положении дел. Так временное правительство было превращено в правительственный совет, обсуждавший с графом государственные дела. Министры, в большинстве своем уже выбранные, а некоторые из них
и вполне достойные управлять Францией в любые времена, стали министрами короля, пока Людовик XVIII не утвердит их после возвращения во Францию.
Среди назначений фигурировали эмигранты, считавшие правление Бурбонов не только собственным триумфом, но и собственным достоянием. Некоторые из них уже прибыли из Англии и провинций и теснились вокруг графа, который ограничился тем, что составил из них в некотором роде собственную клиентелу, не имея возможности наделить их должностями в управлении государством. Дворец Тюильри постепенно наполнялся людьми, которые сначала напоминали, что сделали то-то и то-то или получали те или иные поручения, по их словам, весьма опасные, а затем предлагали себя для оказания новых и каких угодно услуг. Одни предлагали отправиться в департаменты, чтобы удалить строптивых префектов и супрефектов Империи, или погнаться за членами семьи Бонапартов и отнять у них богатства, которые те, по слухам, увезли. Некоторые предлагали даже, если угодно, избавить Францию от тирана, который хоть и низвергнут с трона, никогда не оставит страну в покое, если оставить его в живых. Не вникая в предложения угодников, граф д’Артуа принимал всех, не оспаривая ничьих мнимых услуг, и соглашался с предложениями, заботясь лишь о том, чтобы отослать всех довольными. Он одинаково обходился как с почтенными роялистами, не запятнавшими себя злодеяниями, так и с людьми, замешанными в преступлениях во время гражданской войны. Всем без исклю¬чения он говорил, что надо набраться терпения; что всякий в свое время получит награду за свои дела; что пока он вынужден окружить себя людьми Бонапарта, также оказавшими кое-какие услуги; что придет и время роялистов, не напрасно страдавших и ожидавших целых двадцать пять лет.
Будучи неспособным сознательно желать зла, но оставаясь способным его допускать, граф д’Артуа с первых дней сделался центром двух правительств. Одно из них, законное, состояло из бывших чиновников Империи. Другое же, неузаконенное (и можно было бы сказать, подпольное, если бы оно не было всем известно) состояло из роялистов, которых подавляли во времена Революции и уничтожали во времена Империи. Одни из них честно участвовали в гражданской войне, другие подхватили все пороки, ею порожденные. Граф метался между теми
и другими, угождая всем, мечтая всех примирить и извлечь из ситуации пользу для дела. Подобной двойственной роли не выдержал бы и человек, куда более твердый
и благоразумный, нежели граф д’Артуа.

Между тем состояние Франции было плачевным, и требовалось срочно его исправлять. Франш-Конте, Эльзас, Лотарингия, Шампань, Бургундия и Фландрия были разорены. Неприятельские войска, особенно прусские, творили бесчинства, в каких никогда не бывали виновны французские армии, хоть и совершавшие нередко прискорбные жестокости в завоеванных странах, но не опускавшиеся до такой степени. Монархи в Париже добросовестно предписывали соблюдать дисциплину и человечность, но офицеры на местах считали, что подобным приказам можно не повиноваться, неповиновение в любом случае останется неизвестным и безнаказанным, и не отказывали ни в чем ни себе, ни солдатам. В Шампани, где союзники выступали наиболее активно, были сожжены деревни, население разбежалось, сообщение было прервано, мосты перерезаны, дороги разбиты и завалены трупами. Исполненные ярости крестьяне безжалостно истребляли иностранных солдат, попадавшихся под руку. Императорские власти были заменены лицами, которые сами предложили свои услуги или нашлись на местах и хотели только посредством вымогательства, предпочитаемого, однако, грабежу, забрать у страны всё, в чем нуждался неприятель.
Подобная скорбная картина усугублялась другой, способной внушить самую горячую тревогу. Французские войска, принимавшие в войне активное участие, находились в непосредственной близости от войск союзников. На смену первому чувству удовлетворения от окончания смертоубийственной войны пришли сожаления, а послед-  ние весьма скоро обратились в яростный

Дополнения Развернуть Свернуть

Именной указатель

Абер Пьер-Жозеф (1773—1825) — 491, 501, 503, 504, 578
Александр I, император Российский (1777—1825) — 17, 18, 30, 38—40, 49, 54, 60, 62, 64, 71, 126, 143—145, 156—160, 165—168, 171, 172, 175—181, 184, 185, 191, 195, 198, 206, 209, 211, 212, 311, 330, 331, 359—361, 365, 628, 689, 725, 739, 740, 772, 774
Алликс Жак Александр Франсуа де Фрёданталь Во де (1776—1836) — 546, 548, 549
Альтен Карл Август фон Альтен (1764—1840) — 514, 536, 556, 557, 559
Андреосси Антуан Франсуа (1761—1828) — 618, 654, 681
Антомарки Франческо (1780—1838) — 788—790, 794, 795, 796
Аржансон Марк Рене де Войе д’А (1771—1842) — 638, 652, 696
Арисп Жан Изидор (1768—1855) — 12—14

Барон Луи, см. Луи Жозеф
Барраль Луи-Матье (1746—1816) — 440, 449
Батхерст Генри (1762—1834) — 737, 745, 751, 754—757, 760, 770, 776, 787
Башелю Жильбер-Дезире-Жозеф (1777—1849) — 479, 480, 482, 488, 509, 510—514, 542, 553, 568
Беккер де Монс Леонард-Николя (1770—1840) — 647, 648, 655, 661, 662—664, 698, 705, 709, 710, 718
Беллегард Генрих Йозеф
Ио¬ганн фон (1757—1845) — 9, 10, 136
Бельяр Огюстен Даниэль (1769—1832) — 413, 449
Беннигсен Леонтий Леонтьевич [Левин Август фон Беннигсен] (1745—1826) — 8, 9
Бентинк [Кавендиш-Бентинк] Уильям Генри (1774—1839) — 137, 413, 416
Беньо Жан Клод (1761—1835) — 44, 62, 63, 103, 104, 129—131
Бересфорд Уильям Карр (1768—1856) — 12—14
Бернадотт Жан Батист Жюль, князь Понтекорво (1763—1844) — 7, 149, 157, 200
Бертран Анри Гасьен (1773—1844) — 233, 234, 236, 237—240, 259, 260, 282—284, 289, 298, 307, 308, 449, 459, 525, 527, 560, 586, 661, 664, 726, 733, 743, 744, 746, 747, 749—755, 766, 769, 773, 775, 788, 791, 793, 795
Бертье Луи Александр, князь Невшательский, князь Ваграмский (1753—1815) — 35, 77, 82, 204, 324—326, 343, 344, 429, 430, 472, 487
Бианки Винцент Феррер Фрид¬рих (1768—1855) — 415, 417, 421
Биландт Виллем Фредерик ван (1771—1855) — 489, 513, 547, 548
Биньон Луи-Пьер-Эдуард (1771—1841) — 637, 652, 688—691
Блака д’О Пьер Луи (1771—1839) — 34, 36, 40, 41, 44, 130, 266, 296, 303, 324, 325, 331, 667, 668—670, 699
Блюхер Гебхард Леберехт фон, князь Вальштадский (1742—1819) — 135, 366, 367, 369, 370, 418, 420, 421, 463, 465, 468—470, 482—484, 489, 491, 493, 494, 499, 500, 502, 504—506, 517, 518, 523, 528—530, 539—541, 552, 561—564, 573, 581, 604, 619, 639, 644, 653, 657, 658, 661, 666, 672, 673, 676, 679, 683, 686—688, 690—692, 725
Богарне [Бонапарт] Жозефина (1763—1814) — 71, 455, 646
Богарне Гортензия, королева Голландии (1783—1837) — 64, 71, 307, 309, 330, 378, 453, 455, 645, 646, 661, 664, 727, 795
Богарне Евгений де, вице-король Италии (1781—1824) — 9, 10, 64, 136, 172, 335, 373, 414, 415, 449, 755, 790, 795
Боден Шарль (1784—1854) — 707, 711, 714
Бонапарт Жером, король Вест¬фалии (1784—1860) — 431, 449, 479, 488, 508—511, 513, 514, 516, 539, 542, 543, 552, 553, 572, 573, 587, 590, 591, 595
Бонапарт Жозеф, король Испании (1768—1844) — 283, 376, 381, 402, 413—416, 449, 457, 586, 625, 708, 789
Бонапарт Луи, король Голландии (1778—1846) — 449
Бонапарт Люсьен, принц Канино (1775—1840) — 432, 445, 446, 449, 602, 608, 610, 612, 613, 615—618, 625, 631, 632, 789
Брюн Гийом-Мари-Эн (1763—1815) — 427, 449, 461, 604
Буасси д’Англа Франсуа-Антуан де (1756—1826) — 450, 618, 654, 681
Бубна Фердинанд унд Литтиц фон (1768—1825) — 266, 364
Буле де ла Мёрт Антон-Жак-Клод-Иосиф (1761—1840) — 272, 390, 404, 634, 637, 662
Бюлов Фридрих Вильгельм фон (1755—1816) — 468, 482, 483, 493, 500, 502, 505, 529, 532, 539, 540, 545, 546, 551, 552, 554, 561—563, 565, 568, 579

Валенс Жан-Батист Сирю Аделаид де Тимбрюн де (1757—1822) — 654, 681
Вандам Доминик Жозеф Рене (1770—1830) — 118, 127, 333, 334, 428, 449, 464, 465, 467, 471—473, 475—480, 482, 485, 488, 491, 494—498, 500—504, 506, 508, 519—521, 524, 531, 574—578, 580, 582, 639, 657, 658, 678, 679, 688
Ванделер Джон Ормсби (1763—1849) — 547, 550, 568, 569
Веллингтон, см. Уэлсли
Вивиан Ричард Хасси (1775—1842) — 547, 550, 568, 569
Виктор Эммануил I, король Сардинии, герцог Савойский (1759—1824) — 57, 136, 171—173, 361, 413, 416
Виктор, см. Перрен
Виллем II [Вильгельм II] Фредерик Георг Лодевейк (1792—1849) — 24, 199, 470, 480, 483, 484, 489, 490, 509—511, 548
Вильгельм I, кронпринц Вюртембергский (1781—1864) — 184
Винсент Карл (1757—1834) — 182, 330
Вилье Клод Жермен Луи де (1770—1857)— 498, 501
Витроль Эжен-Франсуа-Огюст д’Арман (1774—1854) — 16—18, 40, 44, 58, 266, 282, 302, 327, 328, 352, 594, 595, 641—643, 649, 651, 652, 659, 665, 669
Вреде Карл-Филипп фон (1767—1838) — 153, 162, 181, 183, 194, 679

Гарденберг [Харденберг] Карл Август (1750—1822) — 150, 177—179, 186, 192
Георг IV [Георг Август Фредерик] (1762—1830) — 34, 54, 165, 181, 247, 373, 717, 719
Герцог Ангулемский, см. Людовик
Герцог Беррийский, см. Шарль Фердинанд
Герцог Орлеанский, см. Луи-Филипп I
Герцогиня Ангулемская, см. Мария Тереза
Гиллер Иоганн Август Фридрих Фрайхер фон Гертринген (1772—1856) — 552, 554, 563—565
Гильемино Арман Шарль (1774—1840)  — 511, 688, 689
Гнейзенау Август Вильгельм Антон Нейтхардт фон (1760—1831) — 370
Годен Мартен-Мишель-Шарль, герцог Гаэтский (1756—1841) — 71, 309, 313, 314, 381
Годой Мануэль, маркиз Альварес де Фариа (1767—1851) — 138, 142, 413
Гренье Поль (1768—1827) — 10, 24, 335, 618, 621, 623, 631, 636, 640, 642, 649, 652, 685, 689
Груши Эммануэль (1766—1847) — 345, 355—358, 449, 467, 474—478, 480—482, 485, 488, 495, 519, 520, 523—525, 527, 528, 530—534, 538—541, 544—546, 550—552, 562, 565, 566, 573—580, 583, 587, 589, 590, 599, 604, 615, 622, 624, 639, 656—658, 660, 678, 679, 730
Гурго Гаспар (1783—1852) — 661, 664, 717—719, 726, 733, 734, 744, 746, 748, 766, 767, 770, 773, 780
Густав IV Адольф, король Швеции (1778—1837) — 149

Д’Арманьяк Жан Бартелеми (1766—1855) — 12—14
Д’Артуа, см. Карл X
Даву Луи-Николя, герцог Ауэрштедтский, князь Экмюльский (1770—1823) — 8, 9, 24, 67, 72, 84, 118, 127, 131, 132, 222, 225, 272, 273, 309, 310, 312, 315—317, 332, 344, 426, 449, 456, 458, 520, 593, 594, 598, 600—602, 637, 641, 645, 647, 650—652, 654, 655, 658—660, 677—682, 685, 688-690, 694
Дальберг Эммерих Йозеф (1773—1833) — 147, 162, 175, 190, 203, 235, 237, 282
Дама Анж Иасинт Максанс де (1785—1862) — 256, 356
Дама Роже де (1765—1823) — 42, 275
Д’Анжели Реньо де Сен-Жан Мишель Луи Этьен (1760—1819) — 272, 309, 390, 448, 598, 602, 603, 607, 608, 611, 612, 621, 622, 625, 628—630, 634
Даррико Августин (1773—1819) — 12—14, 405, 644
Дежан Пьер Франсуа Эме Огюст (1780—1845) — 424, 618
Декан Шарль Матье Исидор (1769—1832) — 335
Декре Антуан Луи де Сен-Жермен (1761—1835) — 313, 381, 648, 660, 662
Делаборд Анри Франсуа (1764—1833) — 352, 433, 449
Делькамбре Виктор Жозеф (1770-1858) — 9, 514
Дефермон Жозеф-Жак (1752—1831) — 309, 634, 635
Домон Жан-Симон (1774—1830) — 491, 495, 544, 545, 550, 552, 563
Донзело Франсуа-Ксавье (1764—1843) — 547—550, 554
Друо Луи Антуан (1774—1847)  — 229, 233, 234, 236, 238, 240, 259, 260, 298, 307, 308, 429, 449, 534, 538, 556, 586, 587, 599, 618, 637, 664, 689, 694, 741, 743, 774
Друэ д’Эрлон Жан-Батист (1765—1844) — 12, 222, 273, 293, 327, 332, 334, 428, 449, 453, 464—466, 471, 473, 474, 476, 477, 479, 482, 486, 488, 491, 499, 500, 504—509, 511, 514, 515, 517, 519, 524, 538, 542, 546—548, 550, 552—556, 561, 563, 569, 582, 658, 730
Дюпон Пьер-Антуан де л’Этан (1765—1840) — 43, 79—81, 115, 118, 131, 132, 217, 218, 327, 618
Дюронель Антуан-Жан-Огюстен-Анри (1771—1849) — 375, 610, 611, 637
Дюрютт Пьер Франсуа Жозеф (1767—1837) — 547, 550, 551, 555, 563, 565, 566, 569, 571
Дюэм Гийом Филибер (1766—1815) — 449, 474, 503, 504, 564, 572, 573

Жерар Этьенн-Морис (1773—1852) — 24, 333, 334, 428, 429, 449, 453, 464—467, 471, 473, 482, 485, 488, 491, 494, 495, 497—500, 503, 506, 508, 519—521, 524, 531, 573—580
Жилли Жан-Лоран (1769—1829) — 354—356, 358
Жирар Жан-Батист (1775—1815) — 479, 482, 485, 488, 490-492, 494, 495, 497, 500, 501, 503, 504, 508, 519, 524
Журдан Жан-Батист (1765—1833) — 85, 449, 475
Жэ Антуан (1770—1854) — 597, 613—615, 617, 628, 634, 698

Камбасерес Жан-Жак Режи де, герцог Пармский (1753—1824) — 71, 223, 306, 309, 312,, 314, 347, 378, 381, 382, 390, 443, 448, 449, 451, 456, 598, 619, 621, 637, 652, 654
Камбронн Пьер Жак Этьен (1770—1826) — 240, 243, 244, 248, 250, 257—259, 298, 570, 572
Кампокьяро Оттавио Мормиле ди (1761—1886) — 209, 210
Карл IV, король Испании (1748—1819) — 138, 142, 149, 173, 413
Карл X, Шарль-Филипп, граф д’Артуа, король Франции
[с 1824 г.] (1757—1836) — 15—21, 25, 26, 29, 31—34, 36, 37, 40—44, 55, 64, 70, 71, 74, 88, 102, 103, 105, 106, 109-114, 117, 129, 254, 267, 268, 274—277, 288, 296, 297, 322, 327, 350, 668, 670, 724
Карно Лазар Николя (1753—1823) — 5—7, 83, 119, 120, 272, 313, 316, 321, 343, 378, 380, 448, 449, 456, 459, 592, 601, 612, 626, 631, 636, 637, 640, 642, 649, 652, 683, 684, 689
Каслри Роберт Стюарт (1769—1822) — 53, 54, 58, 60, 150, 155—160, 165, 166, 171, 176, 178—181, 188—193, 196-199, 205—210, 212, 214, 360, 364, 410, 456, 724, 770, 773
Кейт Элфинстон Джордж (1746—1823) — 719, 720, 725, 726—728, 739
Келлерман Франсуа-Этьен (1770—1835) — 24, 85, 467, 485—488, 491, 508—510, 515, 516, 538, 542, 558, 560, 658
Кемпт Джеймс (1765—1854) — 537, 547—550, 561, 567
Кинетт Никола-Мари (1762—1821) — 633, 636, 640, 642, 649, 652
Кио дю Пассаж Иоахим Жером (1775—1849) — 546—548, 553
Кларк Анри-Жак-Гильом, герцог Фельтрский (1765—1818) — 313, 370
Клозель Бертран (1772—1842) — 12, 13, 320, 328, 334, 345, 350—352, 434, 449, 461
Кокберн Джордж (1772—1853) — 725, 728, 734, 737, 739, 743, 749—753, 756
Коленкур Арман Огюстен Луи де, герцог Виченский (1773—1827) — 71, 125, 307—309, 313, 314, 316, 321, 330, 331, 373, 378, 409, 449, 456, 598—601, 612, 633, 636, 637, 640—642, 645, 646, 649, 652, 689, 691
Коллерт Жан Мари Антуан Филипп (1761—1816) — 484, 510, 511
Конде Луи-Анри-Жозеф Бурбон де [Людовик VI](1756—1830) — 35, 42, 115
Конде Людовик-Жозеф Бурбон де [Луи V] (1736—1818) — 35, 42, 64, 115
Констан де Ребек Бенжамен Анри (1767—1830) — 73, 381—386, 388—392, 397—399, 402, 618, 619, 638, 652, 696
Константин Павлович, великий князь (1779—1831) — 166, 180
Корбино Жан-Батист Жювеналь (1776—1848) — 345, 433
Корвисар Жан-Николя (1755—1821) — 774, 782, 783, 789
Король Вюртембергский, см. Фридрих Вильгельм
Король Сардинии, см. Виктор Эммануил
Кроуфорд Уильям Харрис (1772—1834) — 381, 402

Ла Бенардьер Жан Батист де Гуэй де (1765—1843) — 654, 681
Лабедуайер Шарль Анжелик Юше (1786—1815) — 256, 260, 272, 345, 449, 499, 514, 566, 586, 631, 632, 640, 661, 741, 743
Лавалетт Антуан Мари Шаман де (1769—1830) — 71, 125, 223, 225, 306, 307, 309, 312, 378, 382, 397, 448, 453, 618, 622, 640, 661, 664, 741, 743, 774
Лаллеман Анри Доменик (1777—1823) — 222, 293, 327
Лаллеман Франсуа Антуан (1774—1839) — 222, 273, 293, 327, 449, 715, 716, 724, 726, 727
Ламарк Максимилиан (1770—1832) — 433, 585, 615
Ланжюине Жан Дени (1753—1827) — 447-449, 589, 592, 617, 629, 652, 654
Ларошжаклен Луи де (1777—1815) — 105, 420, 432, 584, 585
Лас-Каз Эммануэль Огюстен де (1766-1842) — 712, 713, 715—717, 726, 727, 729, 733—735, 738, 744, 746, 749, 759, 766—771, 781, 795
Лафайет Мари Жозеф Поль Ив Рош Жильбер дю Мотье де (1757—1834) — 73, 381, 398, 399, 402, 446—449, 597, 605—607, 611, 617, 618, 620, 621, 629, 631, 638, 652, 696
Лафоре Антуан-Рене-Шарль-Матюрен (1756—1846) — 43, 53, 638, 652, 696
Лаффит Жак (1767—1844) — 664, 694, 727, 755, 756, 795
Лекурб Клод Жак (1759—1815) — 286, 290, 292, 427, 449, 461, 584, 604, 615
Лессер Жан Теве де (1737—1822) — 257, 259
Лефевр Франсуа-Жозеф, герцог Данцигский (1755—1820) — 72, 344, 449, 681, 684
Лефевр-Денуэтт Шарль (1773—1822) — 222, 273, 293, 474, 476, 479, 480, 482, 489, 509, 510, 516, 538, 555—557
Ловердо Никола Микелиано (1773—1837) — 250, 354
Лостин Михаэль Генрих фон (1793—1815) — 552, 554, 563
Лоу Хадсон (1769—1844) — 749—761, 768, 769, 771—777, 781—783, 785—788, 791, 793, 794, 799
Луи Жозеф Доменик (1755—1837) — 25-27, 43, 47, 78, 79, 84, 95—97, 99, 122, 127, 164, 215, 342
Луи-Филипп I, герцог Орлеанский (1773—1850) — 64, 71, 224, 226, 268, 269, 275—277, 295, 297, 302, 303, 316, 319, 323—327, 373, 594, 628, 642, 643
Людовик [Луи-Антуан], герцог Ангулемский(1775—1844) — 32, 64, 75, 103, 105—109, 267, 268, 275, 318, 329, 345, 353—357, 373, 407
Людовик XVI (1754—1793) — 63, 72, 85, 86, 119, 120, 216, 304, 351, 449, 692, 701
Людовик XVIII, Луи-Стани¬слав-Ксавье (1755—1824) — 7, 9, 16, 17, 20, 32—43, 45, 47, 48, 52, 54, 62—67, 70, 83, 89, 102—106, 110, 126, 127, 129—131, 138-140, 142, 146—148, 162—164, 171, 172, 174, 194, 195, 205, 207, 212, 214, 215, 219, 266, 268, 274, 281, 296—298, 302, 318, 319, 321—329, 331, 332, 335, 345, 348, 349, 362, 369, 370, 379, 381, 385, 387—389, 398, 412, 432, 457, 607, 628, 629, 632, 635, 641, 642, 649, 650, 658, 659, 665—668, 670—675, 693, 695-697, 699—702, 704, 711, 714, 716, 721, 724, 772

Макдональд Этьенн-Жак-Жозеф-Александр, герцог Терент¬ский (1765—1840) — 24, 77, 85, 116, 268, 275—278, 294, 295, 302—305, 322—327, 343, 344, 629, 643, 649
Малуэ Пьер-Виктор (1740—1814) — 43, 131
Малкольм Палтни (1768—1838) — 756—760
Манюэль Жак Антуан (1775—1827) — 597, 628, 634—636, 698
Марансен Жан-Пьер (1770—1828) — 12, 13
Маре Юг-Бернар, герцог Бассано (1763—1839) — 71, 125, 223, 225, 226, 237, 238, 272—274, 309, 312, 357, 378, 381, 382, 449, 585, 586, 611, 622, 640, 661, 664,
Мария Луиза Австрийская (1791—1847) — 25, 144, 147, 171—174, 211, 212, 214, 224, 232, 235, 265, 281, 283, 300, 316, 330, 363, 364, 373, 409, 438, 594, 599, 603, 642, 741, 795
Мария Тереза Шарлотта Фран¬цузская, герцогиня Ангулемская (1778—1851) — 35, 42, 302, 318, 320, 328, 351, 352
Мария-Луиза Жозефина Антониэта Висента, королева Этрурии (1782—1824) — 142, 173, 174, 211, 212, 214, 413
Мармон Огюст Фредерик Луи де, герцог Рагузский (1774—1852) — 82, 132, 139, 248, 282, 304, 305, 322, 327, 343, 762
Мартин Томас Бим (1773—1854) — 707, 711
Мартиньяк Жан Батист Гэ (1778—1832) — 350, 351
Маршан Жан Габриель (1765—1851) — 10, 251, 252—254, 261, 265
Маршан Луи-Жозеф (1791—1876) — 727, 735, 755, 769, 770, 784, 785, 787, 788, 793—798
Массена Андрэ, герцог де Риволи, князь Эслингенский (1758—1817) — 67, 72, 83, 85, 126, 132, 244, 250, 329, 344, 352, 356, 357, 637, 681, 742, 743, 796
Мацерони Франц (1788—1846) — 665, 676, 677, 686—688, 695
Мезон Николя Жозеф (1771—1840) — 6, 7, 24, 85, 335, 455
Мэтленд Перегрин (1777—1854) — 712, 715, 716, 718—720, 727
Меневаль Клод Франсуа де (1778—1850) — 235—237, 363, 364
Мерлен Филипп-Антуан (1754—1838) — 216, 660, 662
Меттерних-Виннебург-Бейльштейн Клеменс Венцель Лотар фон (1773—1859) — 51, 53—55, 60, 148, 150, 155, 156, 161, 162, 165—169, 171, 172, 174, 176, 179—181, 183, 189, 190, 192, 193, 196, 199, 204—206, 208, 210—212, 361, 363, 409, 669, 676, 687, 772
Мило Эд Жан Батист (1766—1833) — 24, 485, 488, 524, 526, 527
Мольен Николя-Франсуа (1758—1850) — 71, 309, 313, 314, 381, 449, 456
Монтескью-Фезенсак Франсуа-Ксавье-Марк-Антуан де (1757—1832) — 33, 34, 36, 43, 44, 62, 90, 92—94, 96, 97, 103, 104, 122, 302
Монтолон Шарль-Тристан де (1783—1853) — 726, 733, 744, 746, 747, 749, 761, 769, 773, 780, 781, 783, 786, 787, 789, 793—796, 798
Моншеню Клод Марин Анри (1757—1831) — 772, 794
Моран Шарль Антуан Луи Алек¬сис (1771—1835) — 345, 350, 564
Мортье Эдуард-Адольф-Казимир-Жозеф, герцог Тревизо (1768—1835) — 77, 85, 273, 293, 319, 323—327, 344, 429, 449, 477, 556
Мунье Луи Франсуа Феликс(1766—1837) — 384, 396
Мутон Жорж, граф Лобау (1770—1838) — 317, 319, 333, 345, 428, 429, 449, 464, 467, 471, 472, 476, 482, 485, 486, 488, 491, 503, 507, 519—522, 524, 525, 538, 542, 545, 546, 551, 554, 555, 562, 563, 572
Мутон-Дюверне Режи Бартелеми (1770—1816) — 253—255, 640, 656
Мюрат Иоахим, великий герцог Бергский, король Неаполя (1767—1815) — 9, 117, 128, 137, 139, 140, 145, 147, 149, 165, 171, 172, 174, 194, 199, 204—206, 209, 210, 214, 217, 218, 220, 234, 239, 240, 252, 334, 358, 359, 366, 411—418, 420, 421, 467, 665

Наполеон II, Франсуа Жозеф Шарль Бонапарт, король Римский, герцог Рейхштадский (1811—1832) — 17, 128, 224, 235, 281, 283, 373, 438, 603, 606, 626—628, 631, 634—636, 639, 642, 643, 655, 656, 674
Ней Мишель, герцог Эльхингенский, князь Москворецкий (1769—1815) — 126, 274, 284—292, 294, 297—301, 344, 370, 449, 476, 477, 479—482, 486—491, 494—496, 499, 502, 504, 507—511, 514—522, 524, 525, 546—548, 550, 552—563, 567, 569, 571, 572, 582, 586, 599, 640, 741—743, 760, 775, 797
Нейперг Адам Адальберт фон (1775—1829) — 144, 211, 363, 417
Нессельроде Карл Васильевич [Карл Роберт] фон (1780—1862) — 17, 53, 54, 60, 148, 150, 208, 669, 676, 687

О’Мира Барри Эдвард (1786—1836) — 773, 774, 776, 782, 783, 790
Ожеро Пьер-Франсуа-Шарль (1757—1816) — 10, 24, 77, 85, 111, 248, 282, 284, 335, 343

Пажоль Клод Пьер (1772—1844) — 318, 320, 328, 449, 467, 471, 473—475, 477, 480—482, 485, 488, 491, 495, 498, 506, 507, 519, 522—524, 531, 579
Пак Дэнис (1774—1823) — 537, 547, 549, 550, 561
Периньон Катрин Доминик (1754—1818) — 329, 352
Перпонхер Седльницки Хендрик Георг де (1773—1856) — 480, 484, 489, 508, 509, 511, 537, 547
Перрен Виктор Клод, герцог де Беллуно (1764—1841) — 327, 343
Пешё Марк Никола Луи (1769—1831) — 491, 498, 505
Пий VII, папа римский (1742—1823) — 87—89, 134, 137—139, 171, 412, 413, 432, 779
Пиктон Томас (1758—1815) — 12, 13, 510—513, 515, 516, 537, 547, 549, 550, 567
Пире де Роснивинон Ипполит-Клод-Мари-Гийом (1778—1850) — 355, 479, 480, 482, 489, 509—511, 515, 538, 542, 685
Пирх II Отто Карл Лоренц фон (1765—1824) — 474, 475, 477, 493, 500, 501, 504
Пирх Георг Дубислав Людвиг фон (1763—1838) — 468, 479, 483, 493, 494, 497, 500, 502, 503, 505, 529, 531, 540, 563, 568, 577
Понтекулан Луи-Густав (1764—1853) — 632, 638, 652, 696
Поццо ди Борго Карл-Андрей (1764—1842) — 669, 695, 696
Принц Оранский, см. Виллем II
Пья Жан-Пьер де (1774—1862) — 497, 500, 501

Рапп Жан (1771—1821) — 333, 334, 461, 584, 604, 614
Рейль Оноре-Шарль-Мишель-Жозеф (1775—1860) — 12, 319, 333, 334, 428, 431, 449, 453, 464—466, 471, 473, 474, 476, 477, 479, 482, 486, 488—491, 508, 519, 535, 538, 542, 552, 554, 555, 566—568, 582
Репнин-Волконский Николай Григорьевич (1778—1845) — 179, 180, 365
Римский король, см. Наполеон II
Роге Франсуа (1770—1846) — 6, 7
Ронья Жозеф (1776-1840) — 424, 471—474, 792, 793

Савари Анн Жан Мари Рене, герцог Ровиго (1774—1833) — 71, 125, 223, 309, 313—315, 449, 618, 622, 640, 661, 664, 712, 713, 724, 726, 727
Саксен-Веймарский-Эйзенах¬ский Карл Бернхард (1792—1862) — 480, 484, 489, 507, 510, 547
Себастиани де Ла Порта Орас Франсуа Бастьен (1772—1851) — 382, 638, 696
Сен-Симон Анри [Клод Анри де Рувруа] (1760—1825) — 14, 15
Сен-Сир Лоран Гувьон (1764—1830) — 318, 319, 327, 328, 343, 643, 649
Сийес Эммануэль-Жозеф (1748—1836) — 67, 380, 385, 449, 592, 610, 634
Солиньяк Жан-Батист (1773—1850) — 6, 624—626
Сталь-Гольштейн Анна-Луиза Жермена де (1766—1817) — 73, 380, 381, 398, 402, 403
Стокоу Джон (1775—1852) — 787, 792
Стюарт Чарльз Уильям, 3-й маркиз Лондондерри, 1-й барон Стюарт [с 1814] (1778—1854) — 12, 189, 190, 695, 696, 700
Сульт Никола Жан де Дьё, герцог Далматский (1769—1851) — 11—15, 24, 72, 85, 126, 131, 195, 217—219, 221, 267, 335, 343, 344, 429, 430, 449, 472, 487, 499, 521, 525, 539, 541, 544, 546, 558, 573, 578, 590, 639, 657, 681, 684
Сюше Луи-Габриэль, герцог Албуферский (1770—1826) — 10, 11, 14, 15, 24, 126, 131, 132, 327, 334, 335, 344, 427, 449, 461, 584, 604

Талейран-Перигор Шарль Морис де (1754—1838) — 14, 18, 19, 30, 31, 33, 34, 37, 38, 41, 43, 44, 48—50, 52, 53, 55, 58—60, 62, 89, 96, 147—149, 152, 159, 161, 162, 164, 165, 171, 172, 175, 182, 183, 188—190, 192—197, 199, 204—212, 282, 335, 361, 362, 387, 594, 667—671, 673—675, 677, 695—697, 700—702, 704
Тест Франсуа Антуан (1775—1862) — 507, 519, 524, 551, 579, 639
Тибодо Антуан-Клари (1765—1854) — 112, , 272, 449, 618, 631
Тильман Иоганн Адольф фон (1765-1824) — 7, 468, 482, 483, 493, 494, 497, 500—502, 505, 529, 540, 577
Топен Элои Шарлемань (1767—1814) — 12—14
Тромелен Жак Буден де (1771—1842) — 647, 659, 665, 667, 686—688

Удино Никола Шарль, герцог Реджио (1767—1847) — 24, 77, 85, 126, 294, 295, 298, 327, 343, 643, 649—652
Уэлсли Артур, герцог Веллингтон (1769—1852) — 11, 12, 14, 126, 182, 196, 199

Фердинанд I (IV), король Обеих Сицилий (1751—1825) — 139, 140, 142, 206
Фердинанд III, герцог То¬сканский, эрцгерцог Ав¬стрий¬ский (1769—1824) — 137, 173, 413
Фердинанд VII, принц Астурийский, король Испании (1784—1833) — 11, 140—143, 149, 174
Ферран Антуан Франсуа Клод (1751—1825) — 45, 62, 63, 66, 122—125, 306
Феш Жозеф (1763—1839) — 431, 449, 776, 786, 788, 789
Флао де ля Бийярдери Огюст Шарль Жозеф (1785—1870) — 359, 371, 373, 409, 449, 488, 490, 508, 521, 586, 631, 661, 689
Фложерг Пьер-Франсуа (1767—1836) — 618, 654, 681
Франц II (I) Йозеф Карл, император Австрии (1768—1835) — 38, 147, 160, 171, 206, 211, 361, 363, 739, 740
Фриан Луи (1758—1829) — 449, 499, 502, 566, 567, 568, 572
Фридрих Вильгельм Карл, король Вюртембергский (1754—1816) — 143, 153
Фридрих-Август I, король Сак¬сонии, герцог Варшавский (1750—1827) — 144, 147, 149, 163, 166, 179, 181, 183, 187, 190, 194, 195, 197—200, 359—361
Фридрих-Вильгельм III, король Пруссии (1770—1840) — 38, 55, 60, 64, 143, 145, 157, 165, 166, 176—179, 198, 206, 359, 361, 740
Фуа Максимилиан-Себастьян (1775—1825) — 479, 488, 508, 509—511, 513, 514, 516, 542, 543, 553, 568
Фурье Жан Батист Жозеф (1768—1830) — 251—254, 262, 265, 280, 283
Фуше Жозеф, герцог Отрантский (1759—1820) — 120, 121, 123, 224, 225, 272, 273, 310, 314, 316, 380, 434—436, 449, 454—456, 459, 585, 593-599, 602, 603, 605, 607, 608, 611—614, 618, 622, 623, 625—628, 630, 631, 634—637, 640—642, 644—650, 652, 654—656, 658—660, 663—665, 669, 670, 675—678, 680—689, 695-704, 714, 720, 762, 762

Хилл Роланд (1772—1842) — 12, 13, 470, 483, 567
Хотэм Уильям (1772—1848) — 712, 715, 718

Цитен Ганс Эрнст Карл фон (1770—1848) — 468—470, 474, 475, 483, 493, 494, 497, 500, 502—505, 529, 531, 540, 563, 568, 569, 577, 690

Шабулон Пьер Александр Эдуард Флёри де (1779—1835) — 226, 237, 272, 354, 661, 792
Шампаньи Жан-Баптист Номпер де, герцог Кадорский (1756—1834) — 71, 125
Шарль [Карл] Фердинанд, герцог Беррийский (1778—1820) — 32, 42, 48, 55, 59, 64, 79, 103, 105, 114, 142, 164, 267—269, 274, 294, 295, 297, 303, 322, 323, 327, 341
Шассе Давид Хендрик (1765—1849) — 484, 536, 544, 556, 559
Шварценберг Карл Филипп цу (1771—1820) — 24, 49, 183, 196, 197, 365, 367, 368, 370,, 421, 463, 581
Штейнмец Карл Фридрих Франциск (1768—1837) — 474, 479, 493, 496, 497, 500
Штюрмер Бартелеми (1787—1853) — 772, 774

Эйме Пьер-Агат (1776-1842) — 476, 560—563
Экзельман Реми Жозеф Изидор (1775—1852) — 117, 118, 214, 218, 219, 237, 254, 307, 319, 327, 449, 467, 474, 475, 477—482, 485, 488, 491, 495, 498, 501, 506, 519, 524, 576, 685, 689
Энгиенский Луи Антуан Анри Бурбон-Конде де (1772 —1804) — 35, 71, 86, 764, 765
Юло Этьен де Мазерни (1774—1850) — 491, 497, 501, 506
Юргас [Вален-Юргас] Георг фон (1758—1833) — 500, 501

Ягов Фредерик Вильгельм Христиан Людвиг (1771—1857) — 478, 479, 493, 498, 500

Отзывы

Заголовок отзыва:
Ваше имя:
E-mail:
Текст отзыва:
Введите код с картинки: